перейти на главную

Globus in Net | Книги по интересам

Сокровища Валькирии

Заказать книгу почтой

Партнеры:

витамины


БАД NSP


Натуральная косметика:







Заработать

Создание собственного сайта для заработка

  • как создать сайт
  • раскрутка сайта
  • заработать в интернет




sp:

m:




Акадения управления

Лекции генерала Петрова

Цикл лекций по Общей Теории Управления




set:

"Правда и вымысел"

***

Сокровищами Урала заинтересовались не только американские сенаторы, не только они поверили фактам, описанным в романе.

Вскоре после встречи с генералом меня начала доставать наша, отечественная поклонница, объявившая себя Дарой, присланной мне в услужение самим Стратигом.

На удивление точно отыскивала меня у друзей даже в других городах, внезапно возникала на встречах с читателями и будто бы случайно попадалась в самых неожиданных местах, создавая впечатление, будто она и в самом деле обладает способностью незаметно передвигаться в пространстве и отводить глаза окружающим.

Ее можно было отнести к тем восторженным, романтичным особам, которые скучают от однообразной, рутинной жизни, придумывают себе мир, начитавшись фантастики, и пытаются в нем жить; в принципе это психически здоровые и добрые люди с поэтическим складом ума.

Чаще всего бессеребренники, неудачливые в семейном отношении и не знающие, на что употребить страсть и огонь своей нерастраченной на детей и внуков, души.

Я всячески уклонялся от безобидных и ни к чему не обязывающих услуг этой "Дары", старался не оставаться один на один, уходил от разговоров или отшучивался, если речь заходила о таинственных подземельях.

И примерно через полгода она исчезла из поля зрения, сказав напоследок, мол, ей очень жаль, что не удалось быть полезной.

И тут же появилась другая дама, назвавшая себя не Валькирией, как в романе, а настоящим именем - Валкария, что заставило сразу же насторожиться.

В черновиках было это имя, однако они все время находились дома и не могли попасть в чужие руки.

Ко всему прочему, самозванка оказалась не такой молодой, чтобы играть в романтические игры (на первый взгляд под шестьдесят), и совсем не эффектного, даже не опрятного вида: тощие, крашенные волосики зачесаны назад, трикотажное платье, обвисшее на груди, в руках чуть ли не авоська, полное отсутствие какого-либо макияжа, но главное - в блеклых больших глазах застарелая тоска.

Она сразу стала называть меня на "ты", как принято у Гоев, вела себя раскрепощенно, много и беспорядочно говорила, словно демонстрируя свой интеллект, спрашивала, не дожидаясь ответов.

Я бы принял ее за сумасшедшую, не произнеси она имя Валкария.

Особа эта нашла меня в издательском офисе, который располагался в помещении детской библиотеки, и я, послушав ее четверть часа, извинился, оставил в комнате, выскочил к секретарше директора, спросить, кто такая.

Выяснилось, что эта женщина ходит сюда уже давно, но ей не говорили, когда я приеду, так что встреча - чистая случайность.

- Ну что, Мамонт, ты не узнал меня? - спросила она с явным желанием заинтриговать, когда я вернулся.

Этим прозвищем называть мог лишь тот, кто был в экспедиции на Таймыре и помнил историю с вытаявшим мамонтом, но я мысленно перебрал всех женщин, работавших в то время, в основном поварих - никто и близко не подходил.

- Давай вспоминать вместе.

Гора Манарага...

Что ты слышишь в этом названии?

Гора, впрочем, как и одноименная реке, даже не упоминались в романе.

Я был предупрежден, что пока в непосредственной близости существует озеро Аркан, забыть о существовании этих географических названий.

Они и так притягивали внимание самых разных людей, от туристов до "каркадилов", и я мог увеличить число наивных искателей сокровищ, авантюристов и просто любопытствующих.

Поэтому вынужден был перенести место действия в район реки Вишеры и города Красновишерска.

Так что прочитать о Манараге самозванка могла где угодно, но только не у меня.

- Нужно попробовать открыть это слово.

- сказал я.

- Ты его давным-давно открыл, - насмешливо проговорила неряшливая особа.

- И знаешь, кто такая Карна, упоминаемая в "Слове о Полку Игореве".

И на реке Ура ты бывал.

Она сделала первую ошибку: я так и не попал на Кольский полуостров и только еще доставал карты и намечал маршрут.

- Не угадали, - я внутренне позлорадствовал.

- Ошибочка у вас вышла, барышня.

- Какая я тебе барышня? - вдруг устало и грубовато заговорила она.

- Ну что ты придуриваешься? Неужели не узнал?...

Конечно, я давно уже не та.

Постарела, волосы вылезли, нервы ни к черту.

В девяносто первом на пенсию вышла.

Без малого сорок лет школьного стажа!...

Вы же меня Удочкой звали, помнишь? Вот, а теперь на эту удочку ничего не поймаешь.

Не клюет!

Я смотрел на нее и не мог поверить.

Кроме слов, о которых я когда-то спрашивал, от Юлии Леонидовны ничего больше не осталось и я вдруг понял, что тогда, умоляя меня рассказать о Манараге, Карне и реке Ура, она чувствовала свое будущее, страшно боялась его и хотела изменить судьбу.

Не удалось...

От смутных, жалостных чувств мне хотелось обнять ее, как-то утешить, но всего этого уже не требовалось, она смирилась со своим роком и к жизни своей относилась с некоторой насмешкой.

В это время в комнату зашел мой издатель, глянул на нас вопросительно.

- Это Валькирия! - совершенно серьезно представил я Юлию Леонидовну и заметил, как такая игра ей была приятна.

Она царственно протянула навечно пропитанную мелом, белую подрагивающую руку для поцелуя и глянув свысока, поправила:

- Валкария.

Потом как-то внимательно посмотрела ему в глаза и добавила:

- Тебя ожидает блестящее будущее, но только в другой сфере.

Нужно оставить издательский бизнес.

Тайком от нее, издатель скорчил мне недоуменную гримасу и, пошаркав ножкой, быстро удалился.

И, видимо, разболтал всему издательству - начали заглядывать каждые три минуты: всем хотелось увидеть настоящую Валькирию.

Стало ясно, поговорить не дадут, мы вышли черным ходом во дворы и оттуда в сквер с трамвайными путями, где и устроились на остановке.

И только тут неожиданно вспомнил, как Юлия Леонидовна выгнала меня из класса за опоздание.

Никогда не думал, что детская обида может жить так долго - ком в горле встал, хоть снова лезь за печку и реви.

А она ничего не замечала, и, видимо, привыкшая все время говорить перед учениками, рассказывала о своих увлечениях мистикой, магией, экстрасенсорикой и даже шаманством.

Видимо, от тоскливой пенсионной жизни пошла учиться в академию нетрадиционных методов лечения, закончила ее и теперь, оказывается, работала ясновидящей!

Так и сказала - работала.

И полагая, что моя подготовка к главному вопросу закончена, сказала определенно:

- Сергей, мне нужна соль.

Ты понимаешь, о чем я говорю.

- Не понимаю.

- Ладно, не валяй дурака, - сказала по-свойски.

- Вижу, ты имеешь доступ в соляные копи.

Я не прошу прямо сейчас, немедленно.

Просто в следующий раз, когда будешь там, возьми и принеси всего одну горсть.

- Легче перейти улицу, - я показал рукой.

- И купить в магазине целую пачку.

Или даже две.

Ничем не отличается.

- Только мне этого не рассказывай.

Знаю я, ты стал скользкий и хитрый.

Девочки молодые достают, привык им лапшу вешать.

Со мной так не надо.

Между прочим, я твоя учительница и вкладывала в тебя душу.

Благодаря этому ты вырос, проявился талант...

Пора платить, дорогой мой.

Я открыла лечебный кабинет и мне нужна соль.

- Спасибо, но я не могу этого сделать.

В пещерах нельзя ничего брать, даже соль.

- Пойми, это не моя прихоть и не каприз.

Я помогу многим людям обрести уверенность в себе, радость жизни, наконец, душевный покой.

- Соль слишком горькая, чтоб есть ее и радоваться.

Она уставилась мне в глаза.

- Ты поможешь мне.

Ты принесешь соль.

Я узнал интонацию: точно так же она просила рассказать о Карне, Манараге и реке Ура.

- К сожалению, ничем уже не помогу вам, - сказал я, думая, что психически она не совсем здорова.

Ясновидящая учительница намека не услышала, в голосе зазвучала озабоченность.

- Почему? Что случилось? Тебя не пускают в копи?

- Да нет никаких копей! Ничего нет! Я все придумал, это самая обыкновенная фантастика, литературный прием.

Соль - это символ.

Вы же филолог, и должны понимать!...

- Не старайся меня переубедить.

Я специально изучала твои произведения, расшифровала всю заложенную для посвященных информацию.

Да, ты перенес место действия в другой район Урала, но я единственная знаю, о чем ты писал.

Это же Манарага! Правда? И не по Вишере, не по Колве ты ходил, а по рекам Манарага и Народа.

И Мамонт это ты.

Я все вижу.

Поэтому ты принесешь мне соль.

Не вздумай покупать в магазине и, тем более, скрываться от меня.

Я готов был подыграть ей, пообещать все, что попросит, но она не дала и слова сказать, вложила мне в руку визитную карточку, встала и пошла по трамвайным путям.

Больше я ее не видел, однако еще полгода Юлия Леонидовна настойчиво приходила в издательство, в Союз Писателей, но я всех предупредил, чтоб отвечали одно и тоже: будто я уехал на реку Ура и вернусь не скоро.

Потом ходить перестала, я стал забывать о ней, но спустя года два в руки случайно попала рекламная газета, где оказался ее портрет в полполосы и текст, в котором говорилось, что ясновидящая Валкария снимает порчу, родовые проклятия и корректирует судьбу, используя древние арийские методики и уникальные, эксклюзивные средства.

После встречи с Юлией Леонидовной я больше всего опасался, что появятся читатели, которых заинтересует не соль, а кое-что посерьезнее, например, арийские сокровища.

И люди эти будут куда серьезнее, конкретнее и жестче, чем моя учительница-пенсионерка.

И оказалось, опасался не зря.

Сначала получил короткое письмо, в котором незнакомый мне бизнесмен, видимо, еще молодой человек, писал, что располагает архивами своего дальнего предка, который занимался проблемой Северной цивилизации еще в начале девятнадцатого века, и что хотел бы показать или вовсе передать их безвозмездно.

С подобным случаем я уже сталкивался, когда на меня вышел бывший разведчик-нелегал, будто бы двадцать лет проработавший в Индии, на деле оказавшийся обыкновенным алкоголиком.

С неделю поил его, смотрел, как старый, седой человек с благородной внешностью и повадками раджи пыжится, играет таинственную, во что-то посвященную личность, и терпеливо слушал общие слова и рассуждения.

Короче, опыт был, и на письмо я не откликнулся, но скоро получил еще одно, обстоятельное, с намеками на то, что у нас может получиться продуктивное сотрудничество в плане перевода и издания моих книг за рубежом.

Все было как бы весьма заманчиво, но это как раз и настораживало.

В то время я знал одного настоящего бизнесмена, Сережу Доватора, которому верил и от которого мог получать совершенно искреннюю помощь, но мы с ним съели пуд соли.

Бывало, он вытаскивал меня из леса на собственном горбу, когда прихватило позвоночник, а бывало, чуть врукопашную не сходились по политическим мотивам.

А тут чужой человек ни с того, ни с сего предлагает слишком уж много и бескорыстно, да еще ставки растут.

Одним словом, и второе письмо оставил без ответа.

Тогда меня выловили в магазине "Библио-Глобус", где была презентация новой книги, вежливый молодой человек сначала взял автограф, потом сообщил, что коль выпал случай и мы встретились, то нужно поговорить.

Дескать, буду ждать на улице в машине и времени отниму полчаса, не больше и никакие отказы, ни доводы, что не интересуюсь архивами и не стремлюсь издаваться за рубежом, не принимались.

Я и лица-то его толком не запомнил, отметилось лишь, что он все время улыбался и часто мигал.

Из книжного магазина меня тогда вывели черным ходом, и я избежал встречи.

Через некоторое время ко мне в глухую деревеньку Вологодской области, где я сидел месяцами и о которой знали немногие, нагрянули сразу трое неизвестных.

Приехали они ранней осенью, когда мы с местным егерем были на охоте.

Со слов соседки, обследовали двор, обшарили избу, мою машину - здесь, как в соляных копях, ничего на замки не запиралось, в том числе и компьютер.

Когда же встревоженная и смелая соседка пришла, чтоб спросить, кто такие, и что ищут, приезжие, по всей вероятности, скачивали информацию с моего ноутбука, - по крайней мере, он был включен.

На вологодчине люди простые, однако любопытные, наблюдательные и физиономисты от природы, так что мои "друзья" из Петербурга, как они представились, соседке не приглянулись.

Особенно не понравилось ей, что залезли в компьютер, к которому она относилась с трепетом и страхом.

Задами и задворками, она прибежала к жене егеря, рассказала, что ко мне приехали люди на большой иностранной машине, хозяйничают как дома и наверняка бандиты, а та вышла на дорогу и встретила нас с охоты.

Никаких гостей я не ждал, да и кто мог сюда приехать без предупреждения, никогда бы себе ничего подобного не позволил.

Мы оставили "уазик" в лесу, а сами с карабинами зашли с тыла усадьбы, однако ни во дворе, ни на улице никого не оказалось.

Скоро прибежала соседка и сообщила, что неизвестные не дождались, минут десять назад сели в машину и укатили.

Я осмотрел всю избу, но явных следов обыска не обнаружил, а определить, включали компьютер или нет, было невозможно, поскольку минуло уже часа два.

Соседка же уверяла, что один из приезжих сидел перед ним в моем кресле, экран светился и главное, дисковод был подключен.

То есть, получалось, что незваных гостей интересовала только информация, хранящаяся в компьютере.

К счастью, ничего особенного я там не держал, и они могли скачать лишь три начатых романа и общеизвестные материалы по дольменам Краснодарского края.

И все-таки кое-что косвенное, касаемое Урала все-таки было - заставка рабочего стола с Манарагой и еще несколько фотографий, в том числе и восход над горой, хранились в отдельной папке - для тех же заставок.

Карту Путей и Перекрестков, впрочем, как и ключевые наработки по археологии слова, электронному мозгу я никогда не доверял, поскольку, несмотря на всяческие защиты, он был доступен, а значит и продажен.

Не подключая ноутбук ни к сетям, ни к телефонной связи, без всякой внешней антенны я спокойно слушал радиотелефонные переговоры каких-то абонентов, и ни один специалист не мог толково объяснить, почему компьютер работает как приемник и одновременно гарантировать, что не может работать, как передатчик.

А посмотреть, что туда натолкали японцы, куда и какие программы зарядили, практически невозможно.

Два дня после этого я дальше своего двора не выходил, на ночь привязывал у крыльца егерского кобеля, однако никто больше не пришел, и на третий, передав соседке бинокль, уехал на лабаза: сезон охоты на медведя был в самом разгаре.

Они будто того и ждали - не прошло часа, как на овсяное поле примчалась на мотоцикле дочка егеря.

Иностранная машина стояла теперь в лесу за кладбищем, похоже, что спрятанная, а те же самые три человека гуськом зашли от леса и теперь сидят в избе.

То, что на сей раз они заявились скрытно, и теперь, по сути, устроили на меня засаду, не предвещало ничего хорошего.

Мы послали дочку за участковым, который жил в тридцати километрах, а сами поехали в деревню.

Вообще-то привлекать к этому делу местную милицию было бесполезно, она и в лучшие-то времена умела бороться лишь с семейными дебоширами, а теперь, в разгул бандитизма, вчерашние колхозники в погонах сидели тихо и заботились лишь о собственной безопасности, так что надежды, что участковый приедет, да еще на ночь глядя, не было никакой.

Машину мы оставили за деревней, а сами, уже в сумерках, через кладбище и лес осторожно подошли к дому.

Джип с тонированными стеклами они уже перегнали и поставили у самой изгороди с тыльной стороны усадьбы, а сами выбрались на крыльцо, пили пиво и негромко переговаривались.

Изба стояла на отшибе, с трех сторон окруженная сосновым бором и видеть, что происходит во дворе, могла лишь соседка, живущая далековато.

Егерь прошел через огород "мертвой зоной" и встал за баню, чтоб держать двор и вход под прицелом, а я вернулся назад и направился улицей к дому.

Видимо, незнакомцы хорошо изучили мой распорядок дня и образ жизни, точно знали, когда я возвращаюсь с охоты и не ожидали увидеть меня так рано.

Сразу от калитки я пошел прямо на них и застал всех троих на крыльце.

Один из них вскочил, пытался изобразить радость встречи, и кто это такой, я узнал лишь по тому, как он часто моргал и улыбался.

Но один из его приятелей, с модной недельной щетиной, сразу же осадил, и стало ясно, кто тут хозяин.

Выглядели они вполне респектабельно, и внешне разные, по виду, манерам казались неуловимо похожими, как братья (а может, так в сумерках казалось), и тянули на молодых ученых, уволенных по сокращению, которые после голода, нищеты, унижений, почувствовали вкус свободы, денег и жирной, обильной пищи.

Сквозь округлившиеся, с растущими подбородками лица еще проглядывал интеллект, хорошее воспитание, а в глазах - живость ума.

Небритый сделал движение, словно собирался поздороваться со мной за руку, он даже банку пива переложил в левую руку, однако его, похоже, смутил карабин и мой не гостеприимный вид, и он остановился в трех шагах.

- Извините за вторжение, - заговорил натянуто, а сам стриг глазами.

- Но вас застать нигде невозможно.

- Кажется, я недвусмысленно дал понять, что встречаться с вами не намерен, - сказал я знакомому по письмам гостю, стоящему у крыльца.

- Тем более здесь.

Тот часто замигал и промолчал, небритый попытался разрядить обстановку, поднял руки.

Правый карман куртки тяжело качнулся - что-то там было.

- Простите за назойливость, виноваты.

Может, присядете к нашему столу? - показал на пивные и консервные банки, расставленные по ступеням.

- Вы с дороги, устали...

Кстати, как охота?

- Да, я устал и поэтому прошу покинуть мою территорию, - сказал я заготовленную фразу.

- Вот так категорично? - ухмыльнулся небритый, поставил банку с пивом на столбик забора, отделяющего двор от огорода и сунул руки в карманы.

- И не хотите узнать, кто мы, зачем приехали? Как-то все не солидно, ей-богу.

За кого вы нас принимаете?

Я чувствовал, как во мне закипает гнев и понимал: это плохо в подобной ситуации, надо бы держаться подчеркнуто хладнокровно.

На таких наглых людей спокойствие действует больше.

Но уже стало понятно, что эти парни проигрывать не привыкли и просто так отсюда не уедут.

- Меня не интересует, кто вы, - проговорил, едва сдерживаясь.

- И лучше, если и знать не буду.

Небритый еще пытался делать вид, будто ничего не произошло.

- Уверяю вас, мы решились потревожить с самыми благими намерениями...

- И с благими же намерениями залезли в мой компьютер!?

Мой вопрос небритому не понравился, и я перехватил его взгляд, брошенный в сторону соседки: наверное, думал, деревенская пожилая женщина знает только, как включается электричество в избе.

Однако на сей раз ни извиняться, ни отпираться он не стал.

- Ваш компьютер пустой, как бубен.

А мне хотелось бы получить кое-какую информацию.

Тот, что писал письма, остался у крыльца, а третий, с красивой академической бородкой и толстыми, розовыми губами спустился и встал чуть сбоку от небритого.

- Нам нужна карта Путей, - проговорил он, словно сожалея.

- Мы заплатим в какой угодно форме.

В том числе, зарубежным изданием.

Вам нужно выходить на мировой уровень, и мы можем вывести вас.

Это были не "новые русские", распускавшие пальцы веером, а скорее, молодые, зубастые и голодные "каркадилы", вынужденные искать добычи из-за стремительно растущей, требующей питания, плоти и потому безбоязненные.

Они не требовали ходить в пещеры и приносить им соль или золото, они искали Пути, то есть жаждали взять все сразу.

- Вы должны понимать, это литература, и никакой карты не существует.

- Я еще пытался держаться и не обострять отношений, в памяти живо было то время, когда пришлось убегать и прятаться от старых "каркадилов".

Не хотел я больше воевать с ними, и от одной мысли, что снова придется скрываться и контролировать каждый свой шаг, сосало под ложечкой.

Только вздохнул свободно и опять!...

- А пещеры с сокровищами "вар вар"? Золото, драгоценные камни?

- И это чистый вымысел! Фантастика.

Сами подумайте, будь там что-то, сидел бы я тут, в деревне? Принес бы пару слитков, а лучше рюкзачок алмазов...

- Мы подумали! - с усмешкой перебил небритый.

- Действительно, почему вы тут сидите? Это не правильно.

Сейчас поедете с нами.

Видимо, они понимали друг друга хорошо, губастый молча направился к воротам, отрезая путь к отступлению, а тот, что писал письма, встал сбоку, рассчитывая в нужный момент оказаться за спиной.

- Вам придется поехать, - с сожалением сказал он.

- Уверен, мы найдем общий язык и еще будем друзьями.

- Ребята, уходите отсюда! - громко сказал я, тем самым подавая команду егерю.

- Я с вами никуда не поеду.

Одновременно сдвинул ремень карабина так, чтоб после выстрела егеря сдернуть его с плеча и отскочить в сторону.

Егерь не стрелял, а небритый контролировал каждое движение.

- Вот этого не нужно! Думаю, мы и так договоримся.

Положите оружие, видите, мы пришли к вам как друзья.

При этом он медленно пошел на меня, вялый и расслабленный, словно рысь перед прыжком.

- Ребята, уходите отсюда! - повторил я.

- Скорее, скорее!

Губастый уже был у калитки, когда внезапно ударил выстрел.

Пуля попала в еловый воротный столб и щелчок ее перед самым лицом был таким выразительным, что парень отшатнулся назад и присел - егерь наверняка стрелял через оптику.

Я отскочил, снимая карабин и увидел испуганные, вытаращенные глаза небритого, в руке у него оказался пистолет.

В этот миг вторая пуля сшибла пивную банку со столбика, обрызгав нас всех.

- Брось оружие! - я ударил ему под ноги и тут же над головой, как когда-то отстреливался от голодных песцов, рвущихся к туше мамонта.

Он мгновенно развернулся, пистолета не бросил, сунул в карман, и неспешно пошел к изгороди, за которой стоял джип.

За ним пробежал губастый, а тот, что писал письма, рванул за дом и оттуда через забор в лес.

- Это вы сделали напрасно! - пригрозил небритый, спрыгивая с изгороди уже на другой стороне.

- Как бы не пришлось пожалеть.

- Зря мы их отпустили, - провожая взглядом и стволом стоп-сигналы джипа, сказал разгоряченный егерь.

- Лучше бы в болото вместе с машиной, и шито-крыто.

Потом успокоился, разрядил карабин и натянул на оптический прицел кожаные колпачки.

- Слушай, а что, ты про золото в пещерах правду написал?...

Ни хрена себе! Может, сходим и в самом деле, принесем рюкзачок?...




оглавлениеоглавление читать дальшечитать дальше


Сайт Сергея Алексеева: www.stragasevera.ru/
Заказать книгу почтой


Поделись ссылкой на эту страничку с друзьями:


Россия: Мы и Мир
Аз Бога Ведаю
Сокровища Валькирии
I. Стоящий у солнца
Сокровища Валькирии
II. Страга Севера
Сокровища Валькирии
III. Земля Сияющей Власти
Сокровища Валькирии
IV. Звездные Раны
Сокровища Валькирии
V. Хранитель Силы
Сокровища Валькирии
VI. Правда и вымысел
Анти-Карнеги
Сэнсэй. Исконный Шамбалы.
Жизнь и гибель трёх последних цивилизаций
Белый Конь Апокалипсиса
Застывший взгляд
Правда и ложь о разрешенных наркотиках
Оружие геноцида
Всё о вегетарианстве