www.stragasevera.ru/

БАД NSP

• тест здоровья
• тест на вес

Натуральная косметика:

• Natria
• Tropical Mists
• Bremani

s реклама:



Заработать

• как создать сайт
• раскрутка сайта
• заработать в интернет

Цикл лекций по Общей Теории Управления



set реклама:

серебрянные кулоны-обереги

Цветок папоротника. Огненный символ чистоты Духа, обладает мощными целительными силами, дает человеку возможность отрыть духовные силы

x реклама:


x

x

x

«Земля Сияющей Власти»

4

Мамонт протянул руки к огню, от пахнувшего жара мгновенно оттаяли заиндевевшие ресницы, изморозь превратилась в слезы.

Он был в ловушке, прилетел, как мотылек на свет, и сопротивление сейчас было невозможно, хотя в кармане фуфайки лежал пистолет.

Оценка ситуации длилась мгновение, ровно столько времени потребовалось и непрошеным гостям, принесшим огонь.

- Здравствуйте, Мамонт, - прервал паузу человек в горных защитных очках.

Кажется, вы оказались в трудном положении?

- Да, - просто и сразу ответил он.

- С кем имею честь?..

- Мы ваши друзья, - незнакомец вынул из кармана вещмешка термос, неторопливо налил в крышку бурого, парящего напитка, подал Мамонту.

Возьмите, это полезно и вкусно... Вам нечего опасаться, мы ваши друзья.

Называйте меня Тойё.

Мамонт взял металлический стаканчик, поблагодарил и отхлебнул напиток скорее всего, отвар чаги с добавлением женьшеневой водки.

- Снимите очки, - попросил он.

Тойё сдвинул на лоб очки, обнажив по-восточному припухлые веки и седеющие брови.

Этот человек назвался мансийским именем, хотя внешне был мало похож на местного жителя.

В тех всегда ясно просматривались тюркские черты, этот определенно относился к желтой расе, и в речи его улавливался едва слышимый акцент - многоударность, характерная для японцев, говорящих на русском.

А ханты и манси, живущие среди русских, говорили без акцента.

- Спасибо, - Мамонт вернул стаканчик.

- Не подозревал, что у меня есть друзья в этом районе.

Тем более, вооруженные и экипированные, как спецназ.

- Это продиктовано необходимостью, - улыбнулся Тойё.

- В горах остались люди генерала Тарасова, кстати сказать, вашего врага, Мамонт.

Вы тоже не расстаетесь с оружием.

- В прошлом я человек военный, как вам известно, - те трое не принимали участия в разговоре и стояли с отрешенным видом.

- Привык.

- А мы охотники, - почти мгновенно отпарировал он.

- С детства приучены к оружию.

Этот "охотник" наверняка имел минимум два высших образования: Токийский университет, например, и какой-нибудь гуманитарный факультет МГУ.

- На какого зверя сейчас открыта охота? - будто между прочим спросил Мамонт, однако Тойё намек понял.

- На крупного, - сказал с холодной улыбкой, - Которого берут загоном.

- А калибр не маловат? Пистолет-пулемет годится для развлекательной охоты, где-нибудь в национальном парке...

- Нет, в самый раз.

Об этом мы непременно побеседуем еще, Мамонт, за дружеским столом, в теплом доме, - пообещал "охотник".

- У вас в берлоге девушка.

Она зябнет без огня и пищи.

Кстати сказать, вы тоже удачливый охотник, но сырое мясо даже мы давно перестали есть.

Не пора ли нам всем отправиться в дорогу?

- Позвольте спросить, Тойё, а далека ли дорога?

- Совсем нет! - охотно и гостеприимно заверил он.

- Три километра вниз пешком, а там к вашим услугам снегоход "Буран" с нартами и оленьей полостью.

Через два часа мы сможем сесть за стол в жарко натопленном деревянном чуме.

Если будет желание, можно принять ванну на горячем источнике.

У вашей девушки сильно обморожены ноги.

- Желание будет, - согласился Мамонт.

- В таком случае нам нужно идти, пока не стемнело, - деловито скачал Тойё.

- Зимний день короток...

Он что-то сказал своим товарищам, обронил одно слово на каком-то языке, и те с армейской готовностью направились к берлоге по набитой Мамонтом тропе.

Сразу же закралось подозрение, что остальные "охотники" не говорят и не понимают по-русски.

Возле берлоги на валежине сидела Инга, обряженная в камуфлированный меховой бушлат, а еще один "охотник" в толстом свитере выносил из логова мясо и развешивал его на жердь, по-хозяйски закрепленную между двух елей.

- Мамонт! - обрадованно позвала Инга, вскочила и, морщась от боли, села.

Мамонт!..

Пришли какие-то люди, объяснили, что друзья...

- Да, это наши друзья, - поспешил заверить он.

- Сейчас мы поедем в гости.

Там тепло, есть пища и даже горячий источник.

Она облегченно вздохнула и неожиданно улыбнулась.

- Я так напугалась.

Тебя нет...

- Теперь все будет хорошо!

Должно быть, эта команда и в самом деле занималась промыслом зверя: развешенное мясо накрыли шкурой, мездрой кверху, чтобы птицы склевали остатки жира и мясную обрезь, края стянули шпагатом от мелких зверей.

Так делали промысловики, оставляя добычу на ночь в тайге, чтобы вывезти ее утром.

Затем они расстелили брезент, еще один "охотник" снял с себя бушлат.

     - Девушку придется нести на руках, - сказал Тойё.

- Думаю, ей даже будет приятно.

- Да, разумеется, - согласился Мамонт, подхватил Ингу на руки и уложил на брезент.

Вторым бушлатом обернул ноги.

Четверо взяли брезент за углы и тренированно, словно всю жизнь таскали раненых, понесли вниз по склону.

Тойё и Мамонт пошли сзади.

Странное дело, они не разоружали его, хотя точно знали, что пистолет в правом кармане фуфайки: Мамонт несколько раз перехватывал взгляды, сосредоточенные на отвисшем кармане.

У тех, кто нес сейчас Ингу, руки были заняты, и "Кедры" болтались за спинами.

Тойё хоть и шел за Мамонтом, однако тоже без заметного проявления бдительности.

В любой момент можно было замедлить шаг, сблизиться с ним, потом локтем в лицо, пистолет в руку... Мысль эта начала было уже вызревать и оформляться - только не нужно спешить, пройти с километр, дать им привыкнуть к движению, а самому разогреться, чтобы заработали скованные холодом мышцы и не дрогнула рука.

Инга в брезентовом гамаке может стать заложницей, если он промахнется и не свалит всех за три секунды.

Бить сначала тех, у кого короткие пистолеты-пулеметы; снайпер не успеет снять винтовку...

Замысел почти созрел, однако Мамонт неожиданно услышал за спиной негромкое бухтенье и краем глаза уловил, как Тойё говорит с кем-то по рации, прижав к горлу ободок авиационных ларингофонов.

Значит, там, впереди, у снегохода есть еще его люди.

И вполне возможно, что их путь кто-нибудь прикрывает, двигаясь незаметно сбоку или сзади.

Иначе бы не вели себя так раскованно...

"Бураны" не могли подняться в гору по рыхлому снегу и потому ждали внизу.

Два так же экипированных "охотника" стояли в ожидании возле трех снегоходов, изрядно продрогшие, краснолицые и оттого напоминающие североамериканских индейцев.

При появлении своих они стали выбрасывать на снег лыжи из дюралевых нарт, один что-то крикнул, возможно, на языке хантов, ибо послышался знакомый угро-финский корень слова "охота".

Возможно, поздравил товарищей с удачной добычей, потому что остальные засмеялись.

- Я не знаю вашего языка, - сказал Мамонт, сблизившись с Тойё.

Он мгновенно понял намек и произнес короткую, выразительную фразу-запрет.

Его люди тут же примолкли, засуетились возле машин.

В нарте и на самом деле оказалась оленья полость в виде широкого полуоткрытого спального мешка.

"Охотники" бережно уложили в нее Ингу, затем Тойё предложил Мамонту забраться в нарты рядом с ней - заметил по пути его хромоту.

Остальные встали на лыжи и взялись за веревку, привязанную ко второму "Бурану".

Запустили моторы только два снегохода; третий оставался на месте, поджидал еще кого-то, кто должен выйти из леса.

Значит, страховка передвижения была...

Судя по основательности и организованности, это были профессионалы, привыкшие действовать группой в сложных горно-таежных условиях.

И дисциплина была, надо сказать, железная, по-восточному бесприкословная.

Нарты летели по снегу, как лодка, изредка встряхиваясь на валежинах и кочках, словно на волнах.

Мамонт обнял Ингу, приблизившись к уху: теперь есть возможность сказать ей все.

- Слушай меня и запоминай, - проговорил он в полголоса.

- Эти люди - наши враги.

Пока я не знаю, кто они и откуда, но враги.

Сейчас мы у них в плену.

- В плену? - изумилась она.

- Почему же мы сдались в плен? Ведь сдались!

- Тише!..

Считай, что не сдались, а пошли в разведку.

Такой команды я еще не встречал на Урале.

Что-то новенькое.

Раньше тут бродила банда Тарасова.

Эти покруче, хорошая организация... На нас охотились, наблюдали.

Вырваться сейчас нет возможности.

- Что им нужно?

- Вот и узнаем, что? Я догадываюсь, чего они хотят.

Ищут то, что и мы искали: вход в соляные копи.

- Зачем? Зачем... Я не верю в сказки.

И ты не обманывай меня, Хозяйки Медной горы нет! И Данилы нет... Так что же они ищут?

- Сокровища Валькирии.

- Ты сумасшедший, Мамонт! Ты намного старше меня, а веришь... в какие-то сокровища.

Он погладил ее обмороженную и теперь шелушащуюся кожу на щеке.

- Я их видел, Инга.

Держал в руках... Если я обманываю тебя, если рассказываю сказки - подумай, зачем еще могли прийти в горы эти люди? Хорошо, я сумасшедший.

Но можно ли их назвать сумасшедшими?

Она минуту лежала с немигающим взором: в зеницах, как в зеркале, отражались вершины бегущих деревьев.

- Нет... они разумные люди.

И очень практичные.

- Но пришли сюда, чтобы охотиться за нами.

Инга снова замолчала, наблюдая за пляшущими деревьями.

- Ты хотел сказать... как я должна вести себя с ними, да?

- Запомни: ты не знаешь ничего.

Ты просто заблудилась в горах, а я тебя нашел.

Ведь это так?

- Да... Ты меня нашел.

- Нашел, но ты испугалась меня.

Потому что поняла - я сумасшедший.

Мамонт - больной человек, у него помутился рассудок.

Ведь ты так считаешь?

- Не знаю теперь...

- Знаешь! Мамонт - безумец, помешался на каких-то сокровищах, - он уже внушал ей это.

- И ты не знала, как от меня отвязаться.

И ты благодарна этим людям.

Они тебя избавили от Мамонта и спасли жизнь.

- А это - зачем? - вдруг испугалась она.

- Затем, чтобы они не держали тебя как заложницу! - жестко произнес он.Чтобы знали: ты меня ненавидишь и боишься, но вынуждена была держаться за меня, потому что заблудилась и пропала бы одна в зимних горах.

И что я тебя тоже ненавижу, что ты для меня - обуза, помеха.

Я тебя несколько раз бросал, пытался убежать, но ты находила по следам.

- Этого не было! - возмутилась Инга.

- Было! Я хотел бросить тебя... И сейчас хотел уйти и оставить в берлоге.

Но пришли эти люди.

- Опять меня обманываешь?

- Нет, правда, хотел.

Ты же мне как камень на шее! Черт тебя принес на мою голову.

Инга отодвинулась, взглянула с недоверием и надеждой - он лишь молча утвердительно покивал головой.

- Понимаю... А кто это - Валькирия?

- Моя возлюбленная.

Дева, богиня подземного царства.

К ней мы и искали дорогу.

- Она красивая?

- Прекрасная, - мечтательно проговорил Мамонт.

- Она же - богиня! Белые одежды и волосы на ветру... Волосы Валькирии!

Инга замолчала, и взгляд ее стал льдистым, в синих глазах отражалась узорчатая изморозь, свисающая с берез.

Снежная пыль из-под гусениц снегохода иногда порошила ей в лицо - она вдруг перестала замечать это.

Мамонт протянул руку, чтобы смахнуть снежинки, Инга резко отвернулась, спрятав голову в край оленьей полости.

Сначала из-за леса показался столб дыма, белесыми клубами уходящий высоко в небо и образующий там плоское облако, затем все исчезло за холмом, и через несколько минут "Буран" выскочил на торный след, ведущий к незамерзающей речке.

На берегу стояли два побуревших от времени рубленых дома, а чуть ниже, у воды, новый сруб с широкой деревянной трубой на крыше, откуда валил густой столб пара, принятый Мамонтом за дым.

Снегоход остановился у дома, и со двора выскочили четыре лайки, тут же окружившие нарты.

Собаки обнюхивали чужих и миролюбиво виляли тугими кольцами хвостов.

Тойё гостеприимно пригласил в дом, и Мамонт, подхватив Ингу на руки, понес было ее к крыльцу, однако она выкрутилась, вырвалась, и сбросив с ног одеяло и шапку, пошла по снегу в носках.

Шла как по стеклу, хватая руками воздух, возле крыльца качнулась - Мамонт успел подхватить и насильно уже втащил Ингу в дом.

Сразу пахнуло жаром от русской печи, свежеиспеченным хлебом и тонким, но пронзительным запахом, никак не сообразуемым с русской избой - запахом благовоний.

На столе, укрепленные в подсвечнике, курились три тонкие палочки.

- Это ваш дом, Мамонт! - весело сообщил Тойё и, сунувшись за перегородку, вывел за руку молодую восточную женщину, национальность которой невозможно было определить ни по облику, ни по одежде.

- А это - Айога, ваша служанка, - добавил он, поднимая пальцем покорно опущенную голову.

- Сегодня приводите себя в порядок, отдыхайте.

Завтра увидимся.

Хозяин оказался ненавязчивым и, на первый взгляд, не напористым человеком.

Как только он покинул дом, служанка мгновенно ожила, радостно улыбнувшись.

- Прошу, снимайте одежду, располагайтесь, - по-русски говорила безупречно, - Здесь все для вас.

Мамонт потянул было фуфайку с плеч и ощутил тяжесть пистолета в кармане: повесишь на вешалку - может тут же пропасть.

Лучше спрятать...

- Тойё рекомендовал нам горячий источник, - сказал он.

- Мы бы воспользовались случаем...

- Да, пожалуйста! - воскликнула Айога.

- Я возьму чистую одежду и отведу вас на воды.

Она бросилась к шкафу, вынула аккуратные пачки белья, выбрала нужное.

- А какие воды в вашем источнике? - деловито спросил Мамонт, наблюдая за служанкой.

- Родоновые, - охотно пояснила она.

- Но очень слабые и безопасные.

Температура - до семидесяти градусов... Вас не смутит, если я дам простые полотняные рубашки?

- Прекрасно, - будто бы обрадовался он и, нащупав руку Инги, сжал ладонь, она повела глазами - независимый и бесстрастный взгляд...

Должно быть, когда-то на берегу речки нефтяники пробурили скважину, а вместо черного золота ударил фонтан горячей воды.

В полу посреди бани торчала толстая обсадная труба, из которой изливался мощный полуметровый столб воды, распадаясь в сверкающий гриб.

Вокруг было устроено деревянное сооружение, напоминающее восьмиугольный бассейн.

Стекающая вода с его бортов падала на решетчатый пол и убегала в речку.

В самой бане было светло горела лампочка в толстом плафоне, а густой пар возникал вверху, где-то над крышей, и уносился в небо, как инверсионный след от самолета.

Мамонт рассчитывал, что служанка оставит их и можно будет надежно спрятать пистолет, однако покорная и предупредительная восточная женщина, почти не поднимающая глаз выше бороды Мамонта, оказалась без всяких предрассудков и, к тому же, всевидящей.

Стоило ему чем-то заинтересоваться, как она тут же принималась давать объяснения.

Похоже, она больше служила Тойё, чем прислуживала гостям.

Айога сбросила с себя одежду - в бане было жарко и влажно, и стала придвигать чисто отскобленные лавки под изливающийся из бассейна поток.

- Прошу вас, раздевайтесь! Вам помочь? Мамонт снял с Инги верхнюю одежду, стащил свитер - она только блистала глазами, но едва прикоснулся к брюкам ударила по рукам.

- Я сама! Не трогай меня! Отойди!

- С удовольствием, - буркнул Мамонт и ушел в другой угол.

Инга, лежа на лавке, пыталась снять тесные брюки, но пальцы с полопавшимися пузырями не слушались, а распухшие ноги уже не проходили в штанины.

Айога все это видела, но бросилась на помощь не сразу.

Пока она разрезала ножом джинсы и осторожно высвобождала из них строптивую спутницу, Мамонт разделся и между делом подыскал место для пистолета - под нижним венцом, куда убегала вода: всегда можно достать с улицы.

Когда служанка понесла Ингу под поток воды, Мамонт спрятал оружие и с удовольствием лег на лавку.

Казалось, на спину полился расплавленный свинец, огнем загорелись обмороженные ступни и особенно пальцы на ногах.

Он стиснул зубы, положил голову так, чтобы не заливало лицо, и через несколько минут ощутил неодолимую дремоту.

Палящий каскад придавливал к скамейке, жжение от ног бежало по всему телу и доставало мозга, а он засыпал и вздрагивал, на какое-то время утрачивая реальность.

Айога хлопотала возле Инги, бережно намыливала, терла ее мочалкой, обмывая под потоком, и что-то говорила при этом, будто увещевала.

И Инга отвечала ей, но о чем шла беседа, из-за шума воды было не разобрать.

Эти "охотники" на крупного зверя стелили слишком мягко...

В момент короткого, минутного сна он неожиданно вспомнил, а точнее, как бы услышал Стратига:

- Запад не опасен, Мамонт!..

Опасен непредсказуемый Восток.

Россия не защищена с Востока, ибо там восходит солнце...

Сон слетел мгновенно! Мамонт сел, ощутив, как быстро и до отказа заводится внутренняя пружина.

Запад был и есть на Урале в виде совместной фирмы "Валькирия", руководимой шведами.

Теперь пришел и Восток...

Это не просто банда, типа взбунтовавшегося генерала Тарасова, действующего хоть и профессионально, однако слишком грубо в старании добиться скорого результата.

Восток пришел сюда основательно и, вероятно, давно, сумел внедриться и обустроиться, благо, что довольно легко маскироваться под местных жителей.

Наверняка несколько лет эти "охотники" жили здесь, не касаясь Урала, врастали в среду, занимались промыслом крупного зверя... Это они сейчас предстали перед ним в образе спецназа, подчеркивая тем самым, что ничего уже не опасаются, ибо полные хозяева в здешнем районе.

Настал их час, поступила команда...

Но несмотря на свою пресловутую мудрость, Восток пошел тем же путем, что и Запад, сделав ставку на Мамонта.

Он должен был привести "охотников" к "сокровищам Вар-Вар".

Служанка - не гейша ли? - мгновенно оказалась рядом, намыливая мочалку-рукавицу; здесь нельзя было расслабляться ни на минуту.

Мамонт не дал ей возможности задать вопрос, молча взял из ее руки мыло и стал намыливать голову...

Из бани Мамонт нес Ингу на руках, запеленутую в простыни и одеяла, будто новорожденную.

Айога освещала дорогу фонариком.

Они подходили к дому, когда за речкой в белесой от инея тайге неожиданно затрещали короткие очереди.

Эхо забилось в узкой долине, заполнив пространство гулкими и свистящими щелчками.

Мамонт непроизвольно остановился.

От соседнего, хозяйского дома, взвыв мотором, на выстрелы умчался снегоход с двумя лыжниками на прицепе.

Еще двое остались на крыльце - кажется, сыграли тревогу.

Служанка заботливо поторопила Мамонта - вредно после горячей ванны стоять на улице!

Он внес притихшую и безвольную спутницу в дом, положил на кровать и стал снимать пуховик, в который его обрядила Айога после бани: здесь была предусмотрена каждая мелочь.

- Вот, возьмите это, - вдруг сказала она, протягивая Мамонту его пистолет.

- Вы обронили возле источника...

Кажется, Восток предлагал честную игру, во что трудно было поверить.

оглавление читать дальше

Поделись ссылкой на эту страничку с друзьями: