перейти на главную

Globus in Net | Книги по интересам

Сокровища Валькирии

Заказать книгу почтой

Партнеры:

витамины


БАД NSP


Натуральная косметика:







Заработать

Создание собственного сайта для заработка

  • как создать сайт
  • раскрутка сайта
  • заработать в интернет




sp:

m:




Акадения управления

Лекции генерала Петрова

Цикл лекций по Общей Теории Управления




set:

"Страга Севера"

11

Стоило полковнику, пожалуй, впервые в жизни расслабиться так, чтобы почувствовать себя нормальным, свободным человеком, как его тут же унизили, причем с жестокостью и неожиданным цинизмом. Он никогда не позволял глумиться над собой и потому ничего подобного не испытывал и на какой-то момент растерялся.

Попытка объяснить, кто он, почему оказался без документов, с оружием, в этой дурацкой солдатской форме, ничего не дала.

Как старый и опытный оперативник, он прекрасно понимал, что не следует что-то доказывать, дергаться, а спокойно потребовать старшего начальника, один на один все объяснить ему, попросить разрешения позвонить в отдел, чтобы приехал дежурный помощник и удостоверил личность.

Было ясно, что у этих ребят есть приказ задерживать всех подозрительных, а тем более вооруженных, но никто не мог отдать приказа издеваться над людьми.

Арчеладзе хорошо знал закономерности развития конфликтной ситуации и, пока их с Капитолиной "брали", обыскивали и везли на пост ГАИ, старался не нарываться. Где-то еще теплилась надежда, что на посту есть офицер, что через несколько минут во всем разберутся, возможно, принесут извинения и отпустят.

Можно было стерпеть, что лежал мордой на грязном асфальте, что сковали наручниками, бесцеремонно выкручивая руки; можно было даже как-то оценить действия группы захвата - работали в общем-то профессионально, хотя грубо, по-голливудски. Однако когда втолкнули в помещение, ярко освещенное лампами дневного света, и рассмотрели, кого взяли, началось невообразимое.

Раздеваться Арчеладзе отказался, потребовал офицера, но вместо него по лестнице спустился старшина в милицейской рубашке и приказал раздеть обоих задержанных.

На полковника навалились втроем, содрали куртку, свитер, затем пристегнули наручником к решетке окна и стащили брюки.

Старшина делал вид, что обыскивает одежду, прощупывает швы, но это было умышленное унижение, неподдельное глумление! Капитолина попыталась вступиться, объяснить - ее поставили лицом к стене.

- Сволочи! Подонки! - кричала она.

- Вы же за это ответите! Да вы знаете, кто он?! Это же полковник Арчеладзе!

Она могла кричать и возмущаться; она имела право обзывать их, угрожатьдля полковника все это было несолидно.

Да и противно! И лишь когда старшина схватил Капитолину за волосы и пообещал "размазать рожу по стене", Арчеладзе взорвался:

- Не трогайте женщину! Не смейте трогать, ублюдки!

И мгновенно получил удар торцом дубинки в солнечное сплетение...

Он задохнулся, ноги подломились, и, чтобы не встать на колени, полковник обвис на решетке, намертво вцепившись руками.

Но удивительное дело! сознание как бы обострилось и открылось зрение, и он увидел страх в глазах этих людей! Страх, и больше ничего! Именно он вызывал и жестокость, и желание издеваться.

Они хотели унизить, запугать, растоптать его честь только потому, что сами были униженными, запуганными и растоптанными.

Они не терпели непокорных!

На глазах у полковника Капитолину приковали наручником к решетке соседнего окна и тоже начали стаскивать одежду. Он видел это и ничего не мог сделать, поскольку не в силах был вздохнуть после удара.

И ощущал не беспомощность и боль, а смертную тоску! Не ее - его позорили, ибо женственность и беспомощность Капитолины были выше позора.

Он мог бы отвернуться, мог бы закрыть глаза, но смотрел, чтобы потом, когда придет час отплатить, не дрогнула рука...

А мысль о мести в тот момент была единственным оправданием его будущей жизни: иначе после такого позора жить было невозможно.

- Ну что, мужики, оттрахаем ее хором? - спросил старшина.

- Пока эта коза на привязи!

В глазах этих "мужиков" страх стал еще ярче и тяжелей.

Они не проявляли особой охоты, возможно, потому, что тупым своим разумом понимали, что и так уж зашли далеко, а после этого уйдут еще дальше.

Старшина же подзадоривал, поигрывая дубинкой перед лицом Арчеладзе, - все было рассчитано на него!

- Кто первый? Ну? Не бойтесь, она сама подвернет!..

- Давай по старшинству, - невнятно предложил один, отчего-то потный и взлохмаченный.

Стало ясно, что, если сейчас, на его глазах, эта банда изнасилует Капитолину, их попросту пустят в расход.

Назад этим выродкам пути нет! Отвезут куда-нибудь в лес и пристрелят.

- Если по старшинству, то начнем с него! - засмеялся старшина, ткнув дубинкой в живот Арчеладзе.

- Ты говоришь, полковник? Ну, давай, полковник, спусти-ка своего Полкана! Научи рядовых, видишь, робеют! Ну как? Стоит, если стоит? Попробуй!

В этот миг полковника осенило: они знали, с кем имеют дело! И все - от задержания до издевательств - спланированная операция.

Этот подонок сейчас выдал себя, намекнув на бессилие Арчеладзе. Поэтому они и идут на все, знают, что останутся безнаказанными...

Но при этом все равно страшно, ибо знают, что творят и с кем!

Полковник кое-как раздышался и, подтянувшись на руках, встал на ноги.

Перед ним были конченые ублюдки, специально подобранные для таких вот дел и приписанные к какому-нибудь спецподразделению.

Но они были простыми исполнителями чужой воли и получили задание опозорить, сломать Арчеладзе, ибо никакими другими причинами их поведение объяснить невозможно.

А чья это воля - у полковника не было сомнений.

Значит, вчера Кутасов со своей группой побывал в фирме "Валькирия" и успешно провел тренаж на пленэре.

Комиссар вычислил, чья это работа, и организовал контратаку.

Он как-то сразу успокоился - это была война, а на войне всегда все понятнее и проще.

Теперь надо выдержать, не сломаться и не испугаться угроз.

Они не тронут Капитолину: групповое изнасилование - чистая уголовщина, которая сейчас невыгодна и не нужна Комиссару.

Поэтому старшина лишь говорит об этом, но ни один из его банды не делает ни одного движения.

Слово к делу не пришьешь, а даже для попытки насилия нужны определенные действия.

- Ладно! - вдруг сказал старшина.

- Если ты не хо-чешь - я с удовольствием! Телку ко мне наверх! Я с ней договорюсь.

Он швырнул дубинку в угол.

Двое его подручных отстегнули Капитолину от решетки и потащили по лестнице.

Она не сопротивлялась, а лишь бормотала тупо и отрешенно:

- Ненавижу, подонки, ненавижу...

Это надо было выдержать! Чтобы отомстить и Комиссару, и подонкам.

- А ты одевайся, поедешь в Лефортово! - приказал старшина полковнику.Будешь потом вспоминать на нарах свою телочку!

Арчеладзе понял" что ему хотят устроить побег: "случайно" оставят открытой дверцу машины, даже притормозят где надо, и потом еще постреляют над головой, чтобы бежал и петлял, как заяц.

Надо ведь как-то приводить "задержание" к логическому концу, не везти же его в самом деле в Лефортовскую тюрьму.

Старшина сам снял наручники и швырнул одежду.

Вся эта банда не была профессиональной и набиралась из полууголовной шпаны, ибо настоящие профессионалы всегда брезговали подобной работой.

Кое-чему их обучили, кое-чего они нахватались из американских боевиков, накачали мышцы на анаболиках и даже резинку жевали из постоянной нужды кому-то подражать, создавая имидж крутых парней.

Вместе со старшиной их было пятеро, а теперь полковник ждал, сколько поедут "конвоировать" его в тюрьму.

Старшина назначил двоих, и тут началось препирательство - никто не хотел ехать.

Стало ясно, что операция закончена, что удовольствий поглумиться над человеком больше не будет, а "отпускать" полковника для них было уже неинтересно.

На него даже не надели наручники! Наконец старшина рявкнул, и вместе с водителем в форме инспектора ГАИ поехал невысокий, но коренастый и кривоногий "омоновец".

Он толкнул в спину стволом автомата, приказал заложить руки за голову.

Арчеладзе послушно вышел на улицу, - при желании бежать можно было уже отсюда.

Кривоногий оставил его возле задней дверцы милицейской машины и пошел за ручкой, чтобы отпереть автокамеру. Ручки в кабине почему-то не оказалось, открывали плоскогубцами.

Но едва полковник сел за решетку, все стало ясно.

Ручка лежала на полу камеры - подложили, чтобы он мог отворить дверцу изнутри.

Арчеладзе поднял ее и сунул в карман.

Вероятно, конвоиры рассчитывали, что он сбежит где-нибудь под светофором, потому что после каждой остановки кривоногий оглядывался назад, проверяя, на месте ли задержанный.

Надо было их вымотать, заставить предпринять что-то более надежное для его набега.

Скоро они придумали причину - начали изображать, что барахлит двигатель.

После того как он несколько раз заглох на ходу, водитель свернул в какой-то переулок и поднял капот.

Через минуту к нему выбрался и кривоногий.

Это уже было кое-что! Полковник осторожно открыл дверцу, спустился на землю.

Час был поздний, переулок довольно глухой какие-то промышленные корпуса за железной решеткой...

конвоиры поковырялись в моторе, после чего водитель залез в кабину, взвизгнул стартер.

Кривоногий стоял боком к полковнику, заглядывал под капот, автомат висел на ременной петле на правом плече, из-за спины торчал рожок.

Бронежилет на нем был нового образца - закрывал шею стоячим воротом - и все-таки имел одно уязвимое место - подмышку. Водитель запустил двигатель, и в тот же миг полковник ударил кривоногого острым концом ручки.

Под мышкой у того чавкнуло.

Арчеладзе сорвал с него автомат, повалил на землю и тут же заскочил в кабину - водитель ничего не понял, вытаращил глаза и даже не сделал движения рукой к белой картонотвердой кобуре.

Полковник ударил его стволом по горлу, разоружил и, как куль, вытолкнул из машины. Двигатель уже работал, но видимость заслонял поднятый капот.

Арчеладзе выскочил и чуть не запнулся о водителя, который хрипел и ползал по асфальту.

Кривоногий лежал на боку на другой стороне, зажав рану под мышкой.

Полковник закрыл капот и ощутил желание пристрелить обоих.

Москва давно привыкла к стрельбе по ночам, к тому же в переулке не было жилых домов, но рядом была решетка высокого забора, напоминающая ту, на окнах поста ГАИ.

Он нашарил в кармане бронежилета кривоногого наручники, подтащил его к изгороди, затем пинками пригнал туда же водителя.

Пристегнул обоих к решетке, отыскал ключ от наручников в том же кармане и зашвырнул его через забор.

Двигатель оказался исправным; полковник ехал назад, включив синий "попугай" на крыше, под красные огни светофоров.

Перед постом ГАИ он выбрал место пониже и съехал с дорожного полотна под откос, сорвал и выбросил крышку трамблера вместе с проводами и бегунком.

Поймал себя на мысли, что хочется поджечь машину...

На посту ГАИ ужинали после трудов праведных.

Без бронежилетов, в синих форменных куртках и рубашках - расслабились после операции.

Капитолины не было видно...

"Волга" Арчеладзе стояла, уткнувшись бампером в стену.

Полковник распахнул ногой дверь и дал длинную очередь по столу.

Брызнули стеклом бутылки, полетели консервные банки и, кажется, зацепило одного в ногу - покатился по полу.

- К стене! - рявкнул Арчеладзе и ударил поверх голов - запели пули, срикошетив от железобетонных перекрытий.

Несколько секунд они ничего не соображали от шока - никогда не были на боевых операциях и крутые схватки видели лишь на экране.

После третьей очереди старшина первым пришел в себя и, превозмогая ужас, попятился к стене, за ним пошел второй, третий, раненный, сидел на полу и оловянными глазами пялился на кровь, струёй бьющую из бедра.

Полковник разрядил автоматы, распихав магазины по карманам, собрал пистолеты из амуниции, висящей на стене, и, наткнувшись на наручники, выложил их на стол.

- Старшина, пристегивай их к решеткам! - приказал он.

Тот соображал плохо, на белом лице блуждала какая-то удивленная улыбка.

Кое-как до него дошло, что требуется.

Он приковал наручниками своих товарищей, а потом и себя.

- Где женщина? - спросил полковник.

Старшина машинально глянул на лестницу. Арчеладзе взбежал по ступеням, Капитолина сидела на полу, безумно зажав голову руками.

- Что с тобой? - спросил он, пытаясь поднять на ноги.

- Это я! Видишь? Что?..

Что они сделали?

- Ненавижу, - выдавила она.

- Отойдите от меня, ненавижу!

- Капа, это я! Узнаешь? Ну? - Полковник потряс безвольные плечи.

- Открой глаза, посмотри!

Она не видела с открытыми глазами...

Полковник обнял ее, прижал голову к плечу, но Капитолина высвободилась.

- Ненавижу! Всех ненавижу! И тебя!!.

У него захватило дыхание, будто снова ударили в солнечное сплетение...

В стеклянном фонаре второго этажа поста отражались огни города, мимо бесконечно наплывали и уносились фары автомобилей. Все чувства - нежность, желание счастья, бесконечная радость одиночества вдвоем, очарование замкнутого мира, - все осталось там, на сеновале.

Сюда нельзя было выносить никаких чувств...

- Нам нужно уходить, - тихо сказал он.

- Оставаться нельзя.

- Убей их, - вдруг попросила она.

- Или дай мне!

- Что они сделали с тобой?

- Ничего...

Но я хочу убить их!

- Пойдем! - Он взял ее за руку, свел вниз. - Кого ты хочешь убить?

Все трое были белее стены.

Полковник вложил в руки Капитолины автомат, снял с предохранителя.

Она повела стволом: остановилась на одном, другом, третьем.

- Этого! - указала на старшину.

- Стреляй!

- Я ничего не сделал! - забормотал тот.

- Я не трогал ее! Эй, я же не прикасался к тебе!..

Не стреляй! Не стреляй! Ты - женщина!

Капитолина подняла автомат - старшина заорал дурниной, закрылся рукой...

Через несколько секунд она бросила автомат на пол.

- Не могу...

Он трус, не могу...

- и бегом выскочила на улицу.

Полковник собрал все оружие, разбил телефон и две радиостанции.

- Ключи от "Волги", - протянул руку к старшине.

Он был невменяем, глаза блуждали, и та странная, удивленная улыбка превратилась в тихий, счастливый смех.

Безумный, он стал походить на человека...

Полковник обшарил его карманы, достал ключи и вышел на улицу. Капитолина плакала, прислонясь к стене.

Он взял ее за руку и повел к машине, усадил, однако она вытерла лицо рукавом армейской куртки и сказала со всхлипом:

- Там у одного...

течет кровь.

Надо наложить жгут.

- Хорошо, сиди здесь, - попросил полковник, сбрасывая оружие на заднее сиденье.

- Я сейчас.

Он вернулся в помещение поста, оторвал от телефона трубку со шнуром и перекрутил бедро раненому.

И вдруг услышал из его белых губ:

- Спасибо...

- Благодари Бога! - выдохнул полковник.

- И эту женщину...




оглавлениеоглавление читать дальшечитать дальше


Сайт Сергея Алексеева: www.stragasevera.ru/
Заказать книгу почтой

Поделись ссылкой на эту страничку с друзьями:


Россия: Мы и Мир
Аз Бога Ведаю
Сокровища Валькирии
I. Стоящий у солнца
Сокровища Валькирии
II. Страга Севера
Сокровища Валькирии
III. Земля Сияющей Власти
Сокровища Валькирии
IV. Звездные Раны
Сокровища Валькирии
V. Хранитель Силы
Сокровища Валькирии
VI. Правда и вымысел
Анти-Карнеги
Сэнсэй. Исконный Шамбалы.
Жизнь и гибель трёх последних цивилизаций
Белый Конь Апокалипсиса
Застывший взгляд
Правда и ложь о разрешенных наркотиках
Оружие геноцида
Всё о вегетарианстве