перейти на главную

Globus in Net | Книги по интересам

Сокровища Валькирии

Заказать книгу почтой

Партнеры:

витамины


БАД NSP


Натуральная косметика:







Заработать

Создание собственного сайта для заработка

  • как создать сайт
  • раскрутка сайта
  • заработать в интернет




sp:

m:




Акадения управления

Лекции генерала Петрова

Цикл лекций по Общей Теории Управления




set:

"Страга Севера"

Скорее всего, Кристофер знал об этом и до утра не сделал ни одного звонка по телефону из своих апартаментов. Интернационал наверняка имел свои способы и средства связи.

Однако, соблюдая правила игры, не ленился каждый раз снимать трубку, когда ему звонила Дара, тем самым как бы подчеркивая свою выдержку и спокойствие.

Около семи утра телефон Кристофера перестал отзываться.

Дара выждала сорок минут и разбудила Мамонта.

Он тут же позвонил дежурной по этажу и получил исчерпывающую информацию: гость из апартаментов около часа назад съехал из гостиницы, разумеется, в неизвестном направлении.

Бегство Фрича было для Мамонта несколько неожиданным.

Ему казалось, вчера вечером он убедил, что за ним действительно есть полный контроль и дергаться не имеет смысла.

Значит, Кристофер на что-то рассчитывал или получил четкое указание от своих партнеров - скрыться от конкурента.

Отпускать его было нельзя! Иначе "всемогущая конкуренция" обратится в прах, а он предстанет обыкновенным авантюристом, каким-то образом получившим некоторую информацию и теперь использующим ее для грубого шан - тажа.

Нужно во что бы то ни стало доказать, что вездесущий и незримый Интернационал может быть и уловимым, и управляемым.

Доказать это хотя бы Кристоферу Фричу.

Реально он мог объявиться в двух местах - у "пожарника" или у Зямщица.

Но входить в контакт с тем и другим Мамонт планировал на следующем этапе, когда он станет полномочным партнером Кристофера.

Соваться к ним, чтобы выведать что-то о наследнике "Валькирии", значило обрубить будущие пути.

Оставалось единственное - проповедать горбоносого наблюдателя на Сущевском валу, который по долгу службы мог знать, где обитал Кристофер все дни до прихода в гостиницу.

К счастью, потасканный "жигуленок" оказался на стоянке, только с другими государственными номерами: служба наблюдения меняла их часто.

Ждать, когда его хозяин спустится вниз, не было времени.

Мамонт огляделся и вошел в подъезд.

Он поднялся на второй этаж и услышал стук затворяемой на четвертом этаже двери.

Потом брякнул ключ и зашелестели шаги по ступеням.

Когда между ними оставался один лестничный пролет, Мамонт встал посредине площадки.

Горбоносый мгновенно узнал его, хотя было сумрачно, лишь на мгновение замедлив шаг, стал спускаться быстрее.

- Привет, коллега, - тихо сказал Мамонт.

- Привет...

- Есть разговор.

- Ну?..

У него не было никакого желания разговаривать и видеть Мамонта.

Похоже, он хорошо выспался, позавтракал и отлично владел собой; это был уже совершенно другой человек, чем тот, промерзший до костей и теряющий рассудок и осторожность.

- Один наш общий знакомый сегодня утром исчез из гостиницы, - проговорил Мамонт.

- Ты не знаешь, где он может быть?

- Не знаю, - просто ответил горбоносый.

- Ты же катался за ним?

- Я катался за тобой.

Он обезоруживал простотой.

И заинтересовать его сейчас было нечем.

Он на глазах, как хорошая сильная рыба, сходил с крючка, и во второй раз можно было не рассчитывать, что клюнет.

- Кто из ваших отслеживал иностранца? - без надежды спросил Мамонт.

- Не знаю...

Он и в самом деле мог не знать, выполняя конкретный "урок", заданный начальником.

- Ну, извини, - бросил Мамонт.

- Ничего, - проронил тот и, обойдя Мамонта, пошел вниз.

Рассчитывать на иное было и невозможно. Следовало заранее проиграть подобную ситуацию и вообще не ездить сюда.

Потому что в следующий раз будет трудно найти с горбоносым общий язык и взаимные интересы.

Подводила спешка, следовало взять себя в руки и досконально проанализировать создавшееся положение.

Мамонт подождал, когда горбоносый выедет со двора, после чего спустился вниз и, огибая дом с другой стороны, вышел к "Линкольну", стоящему на противоположной стороне улицы.

Это был серьезный, практически безвыходный тупик.

Ошибка заключалась в том, что он пошел к Кристоферу без предварительной разведки и изучения личности.

Дара бы могла вытянуть из него не только адреса явок и его московских знакомых, но, возможно, и телефоны партнеров, с которыми Фрич консультировался ночью.

Наверное, она бы сумела вползти к нему не только за пазуху, но и в душу.

Даже если бы он потом сбежал и скрылся, осталась бы возможность связи с ним, потому что любовь такой женщины, как Дара, забыть невозможно.

По крайней мере, так представлялось Мамонту...

Он сидел в машине и перебирал все возможные варианты выхода.

Устанавливать контакт с полковником Арчеладзе было преждевременно.

К этому монстру просто так не подъедешь, даже если он, оставаясь один, может плакать, как уверяла Дара.

Минуты слабости бывают даже у львов.

Маловероятно, однако можно допустить, что Кристофер появится в фирме "Валькирия" - место для отсидки неплохое, под охраной своей команды, но в такое знакомое здание Института Мамонту вообще не было пути: там осталась обслуга, которая знала его в лицо, и можно было влететь, как недавно влетел горбоносый наблюдатель.

Разумно было бы запустить туда Дару.

Она бы прошла через посты охраны, вползла бы в недоступные теперь кабинеты, но вряд ли Кристофер сейчас подпустит ее к себе.

Ему, как пуганой вороне, "конкурент" будет видеться в каждом новом человеке.

И его гиперсексуальность после таких событий наверняка резко упала.

Даже сейчас, ощущая тупик, Мамонт чувствовал тихую, непроходящую ревность, будто собака на сене.

Подумав о Даре, он немедленно захотел к ней.

Он поехал к дому, кляня себя по дороге, что из-за этой странной тяги прохлопал Кристофера, ибо не следовало уезжать из гостиницы "Москва", а плотно сидеть до восьми часов утра в своем номере.

И никуда бы он не делся!

Дара встретила его у порога и по виду поняла, что вернулся он без всякого результата.

Мамонт тоже понял, что новостей нет...

- Ничего, милый, никуда он от нас не исчезнет, - уверенно сказала она.

- Ты его скоро найдешь.

- Спасибо, дорогая, - сдержанно произнес он.

- Я плохо в это верю.

- Твое состояние никуда не годится! - вдруг заявила Дара.

- Сейчас я верну тебе хорошую форму.

Пожалуйста, без всякого сопротивления выполни все мои требования.

- Хорошо, - согласился Мамонт.

- Скажи мне, когда вчера ты звонила ему по моей просьбе, о чем вы говорили?

- Разумеется, о любви, - призналась она.

- Кристофер попросил меня приехать к нему в гостиницу.

- Ты ему отказала...

надеюсь?

- Нет, - улыбнулась она.

- Я сказала, что не встречаюсь с мужчинами в гостинцах, а люблю, когда для меня снимают отдельную квартиру.

- Как же ты объяснила свой звонок? Откуда номер телефона?

- Очень просто! В этих апартаментах жил мой прежний любовник.

- Я представляю, как ты с ним разговаривала, - не сдержался Мамонт.

- О! Ты меня ревнуешь! - догадалась она.

- Что с тобой, Мамонт?

Он помотал головой:

- Не могу объяснить...

Дара огладила ладонями его волосы, поцеловала в щеку.

- А я - могу...

Стратиг, как всегда, в своем амплуа.

Он все время пытается изменить судьбы людей.

Вот и тебе задал чужой урок.

Прости, милый, но тебе никогда не подняться до мужества Страги.

Это не твой рок.

Я работала с настоящим Страгой несколько лет.

Он никогда не раздумывал и не ревновал меня...

Не думай, он не был жестоким и бессердечным. Настоящее мужество повиноваться своему року.

Ты обязан был послать меня к этому...

выродку.

- Нет! - бесстрастно и холодно сказал Мамонт.

- А как же святость женского начала?

- Женское начало - это Валькирии, - грустно проговорила Дара.

- Им открыт высший смысл близости мужчины и женщины. Ты же испытал эту близость?..

Мой рок - любовь земная.

Но я не торгую своим телом, как путана Мне приходится исполнять свой урок, и ты знаешь, во имя чего. Милый Мамонт, ты должен привыкнуть к этому.

Пока мир на земле под властью изгоев, не будет гармонии.

- Не привыкну, - он потряс головой.

Дара обняла его и уткнулась в грудь.

- Спасибо, милый.

Если бы ты знал, как мне приятно это слышать от Страги.

Ты не случайно избран Валькирией...

Но не стремись изменить мою судьбу, не уподобляйся Стратигу.

- Почему он это делает? - тихо спросил Мамонт.

- Не знаю...

Возможно, это воля Владыки. Мужественные Страги вдруг влюбляются, как юноши - романтично и безрассудно. Мудрым Авегам начинает казаться, что в мире больше нет изгоев, что он чист и светел.

Варги в пещерах добывают соль и мечтают увидеть солнце, но не могут смотреть на него.

Наверное, есть смысл и в противоречии Стратига.

Она дышала Мамонту в солнечное сплетение...

И от этого жаркого дыхания он ощущал, как светлеет разум и мысль становится чистой и острой, словно морозная игла в зимний день.

Незаметно для себя он вновь вернулся в думах к утреннему исчезновению Кристофера и как бы заново прошел его путь от аэропорта Шереметьево до вчерашней ночи в гостинице.

Тонкая игла неожиданно нанизала на себя выпавшее из памяти событие: когда Зямщиц привез его из Шереметьева, то они останавливались во дворе какого-то дома на улице Восьмого марта.

Именно там остался иностранец! Но тогда Мамонта интересовал только Зямщиц, и он поехал за ним.

Значит, в этом доме есть знакомые Кристофера! И не там ли он обитал все ночи?!

От дыхания Дары в груди стало горячо.

Ему не хотелось отстранять ее, поэтому Мамонт наклонился к ее уху и прошептал:

- Мне стало хорошо, дорогая.

Прости, я должен срочно уехать.

- Езжай, милый, - как всегда, проворковала она.

- Я буду ждать тебя.

Для того чтобы вертеться по чужим дворам, следовало бы взять невзрачный зеленый "Москвич", однако "Линкольн" стоял у ворот с разогретым двигателем, и Мамонт, чтобы не терять времени, сел за его руль.

Он довольно скоро отыскал дом на улице Восьмого марта, чтобы не засвечиваться, бросил машину в каком-то переулке и пешком отправился в знакомый двор.

Все было, как тогда: за доминошным столом сидели и опохмелялись четверо алкоголиков.

Водку разливали маленькими порциями - растягивали удовольствие.

У обочин подъездной дорожки стояли автомобили, засыпанные листьями, некоторые на спущенных колесах - примитивное противоугонное средство.

Одним словом, ничем не выдающийся дом постройки шестидесятых годов, но не "хру-щевка", а более расширенный вариант, сейчас давно утративший былую привилегированность, если судить по вольготному существованию здесь алкоголиков.

Что мог делать здесь мультимиллионер, владелец приисков и алмазных копей?

Впрочем, для него-то как раз подходящее место для "отстоя".

Скорее всего, принцип действия Интернационала заключается в нелогичности.

В прошлый раз Зямщиц и Кристофер расстались возле третьего подъезда.

Мамонт не видел, что делал последний - вошел в дом или отправился еще куда-то: пришлось срочно бежать к машине, чтобы поспеть за Зямщицем.

Вероятнее всего, Фрич к кому-то заходил.

Иначе бы услужливый и воспитанный работник МИДа не бросил иностранца.

Стараясь не поворачиваться лицом к дому, Мамонт обогнул хоккейную коробку и подсел к алкоголикам, спиной к окнам.

Мужики уставились на него с уже готовой неприязнью, в красных глазах таилась злоба. Самый дипломатичный из них спросил:

- Тебе чего, мужик?

- Ребята, вы давно тут торчите? - без напора поинтересовался Мамонт.

- А тебе чего? - Злости уже прибавилось.

- Ну, с восьми? Магазины-то с восьми? А вышли еще раньше?

- С восьми, а тебе чего?

- В третий подъезд иностранец не забегал? С сиреневой сумкой? - несмотря на взрывоопасную ситуацию, спросил Мамонт.

- Гони на бутылку! - приказал дипломатичный.

- Может, сначала про иностранца?..

- Сначала про бутылку!

Мамонт молча достал деньги, отсчитал на поллитру, выложил на стол.

Вся злоба, лютая и непримиримая, улетучилась мгновенно.

Так у людей уже не бывает; так бывает у некоторых видов животных.

Один из алкашей схватил деньги и помчался к магазину, белевшему за деревьями.

А дипломатичный весело сказал:

- Иностранца не видели.

- Это точно?

- Не сомневайся.

Мы тут всех видим, а иностранцев особенно.

- Чего ты видишь-то? Чего видишь? - возмутился на сотоварища алкаш, сидевший напротив.

- У тебя с утра глаза заплывают!

И рассмеялся над собственной шуткой.

- А часто иностранцы наведываются в этот подъезд?

- Ни разу не видали, - признался дипломатичный.

- Понятно...

Еще одна загадка, мужики, - Мамонт сунул руку в карман, где были деньги.

- Тут есть одинокая и молодая женщина? Легкого поведения?

Они непонимающе запереглядывались, а ответить хотелось!

- Ну, телка такая, клевая! - пояснил Мамонт.

- Валютная проститутка.

- А-а! - весело протянул шутник.

- Бывает! Приезжает! Тачка белая, "жигуль".

Только иностранцам дает!

- Ты откуда знаешь? - взъерепенился дипломатичный.

- Не сбивай человека с толку.

- Да у наших на такую тварь денег не хватит!

- У тебя не хватит, а есть такие, что хватит!

- Тихо, мужики, - попробовал урезонить Мамонт.

- Ты глянь на нее! Она наших в упор не видит!

- Тебя в упор не видит! А вот такого бы сразу увидела! - Шутник ткнул пальцем в Мамонта.

Мамонт достал деньги, и спор мгновенно угас.

Отсчитал еще на бутылку.

Следующий изгой выхватил бумажки и помчался к магазину.

В это время, будто выстрел, хлопнула дверь подъезда, и на улице очутился уже знакомый мощный мужчина с бородой.

На сей раз он был без фуражки, но в казачьих шароварах и с лампасами.

Поигрывая нагаечкой, он пошел к доминошному столу, и двух оставшихся алкашей будто ветром смело.

Мамонт остался сидеть к нему спиной, облокотившись на стол.

Казак приставил древко кнута между лопаток и спросил:

- Кто такой?

Человек, - просто сказал Мамонт.

- Садись, потолкуем.

- Об чем? - Казак обошел столик, заглянул в лицо.

- Я ищу женщину, - признался он.

- Однажды мы с ней заезжали в этот дом.

Похоже, тут живут ее родственники.

- Это называется - шерше ля фам, - усмехнулся казак и поиграл плетью.Ну-ну, а дальше чего? Объегорила? Сперла бумажник?

- Нет, брат, - вздохнул Мамонт.

- Забыть не могу...

Этот огромный, крупный человек с нагайкой был доверчивым, как ребенок.

- Пошли ко мне, - вдруг предложил он.

- Жена у ме--ня тут всех знает.

Спросим - поможет.

- Если это удобно...

- Почему не удобно? - засмеялся тот.

- Мы же русские люди, должны помогать друг другу.

Идем!

Они поднялись на третий этаж.

Казак позвонил - за дверью раздался пиликающий посвист, словно запищала стайка гусят. Казак заговорщицки зашептал и засмеялся:

- Люблю свой звонок! Так и слышу родительский курень!

Дебелая, рослая красавица отворила дверь на всю ширину и встала, подбоченясь:

- Так, еще одного привел! Это тоже казак?

- Казак, мать! Такой казачина! Есаул!

- Вижу!..

Все вы есаулы.

- Ему помочь надо, - извиняющимся тоном заговорил этот могучий человек.

- У него беда приключилась, мать.

Он женщину ищет...

- Женщину? Стало быть, потерял?

- Потерял, мать, потерял.

Как не помочь? Свой же, станичник!

- Твой станичник верхом-то когда сидел, нет? - усмехнулась казачка.Ладно, заходи, подкидыш! Сейчас разберемся.

Она затворила дверь, подала тапочки, открыла дверь комнаты.

- Ночевать будешь здесь.

Кровать жесткая, да тебе полезно.

Этот неожиданный поворот и обескуражил, и развеселил Мамонта.

- Я бы остался у вас, - признался он, - да не могу сейчас...

- Тебе чего, кровать не понравилась? - возмутилась казачка.

- Да на ней сам Клепа спал.

И ничего! Только покряхтывал!

- Клепа - это друг наш, - охотно пояснил казак-богатырь.

- Композитор.

Как на балалайке играет! Оркестр! Мы сидим и плачем!

- Простите, я обманул вас, - признался Мамонт.

- Я действительно ищу женщину.

Но...

у нас нет никаких отношений.

Хозяева враз замолчали, как-то виновато переглянулись.

- Обманул? - с какой-то тоской спросила казачка.

- Да, простите меня...

- Все равно помочь бы, - пользуясь паузой, проговорил казак.

- В нашем подъезде...

- Обрисуй, что за баба? - в упор спросила его жена.

- По всей вероятности, одинокая, легкого поведения.

Приезжает на белых "Жигулях", - начал было Мамонт.

- Все ясно! - бросила она и, потеряв интерес, отправилась на кухню.

- Ну чаю-то попьешь?

- Кто это такая? - спросил казак.

- А ты сразу - кто такая! - передразнила его жена.

- Сиди, мухомор!

- Нет, правда, кто?

- Да сучка эта! За которой кобели-то табуном ходят!

- Это которая иностранцев возит?

- Будто иностранцы - не кобели!..

- У нес тут квартира пустая стоит.

Матушка недавно умерла, - пояснил казак.

- Иногда появляется.

- И ты тоже кобель! - вдруг сказала она мужу.

- Мать, я не по этой части, - благодушно протянул тот.

- Я по электрической.

- Сейчас есть кто-нибудь в ее квартире? - спросил Мамонт.

- Нет, сегодня пусто, - заверил казак.

- Несколько дней пусто.

- А ты-то откуда знаешь? - подозрительно спросила жена.

- Дверь немазаная! - отпарировал он.

- Скрипит, как телега, на весь подъезд.

Я во сне даже слышу.

- Ладно, садитесь чай пить, - сказала казачка.

Чашки с чаем затерялись среди больших тарелок с крупно нарезанным салом, соленой рыбой, вареной картошкой, луком и яблоками в вазе.

Эта простая пища неожиданно пробудила у Мамонта зверский аппетит.

- Ешь, станичник! - радовался хозяин.

- Все с Дона.

Я рыбу сам ловлю и сети сам вяжу.

Нажимай, есаул!

- Вина у нас нет, - предупредила хозяйка. - Мой пить бросил.

- Спасибо, я за рулем, - сказал Мамонт.

- А где же она сейчас живет?

- Кто, сучка-то эта? - Красавица казачка посмотрела так, будто вывернула Мамонта наизнанку.

- А зачем тебе она?

Придумывать легенды не имело смысла, да и стыдно было изворачиваться перед этими людьми.

- Вражина один у нее прячется, иностранец. Достать бы мне его нужно.

- Кто он такой? - поинтересовался казак.

- Есть такая организация - Интернационал...

- Значит, красный! - заверил тот.

- Большевик.

Рубать их, гадов!

- Сиди, рубака, - отмахнулась жена.

- А эта стервоза живет где-то на Рокотова.

Квартиру там купила.

Вроде Жига ее фамилия, а зовут Галька.

- Жуго, а не Жига, - поправил муж.

- Галина Васильевна.

- Нашел Васильевну!..

Мурзика вымыл? - вдруг спросила она грозно.

- Иди и мой! Да хорошенько, чтоб блестел!

Казак крякнул, улыбнулся и пошел в ванную.

- Мурзик - это котенок? - чтобы поддержать разговор, спросил Мамонт.

- Да нет! - засмеялась красавица.

- Коня себе купил!

- Коня?..

- Ну! - отмахнулась она.

- Да такого, что между ног Проскакивает.

Пони называется.

А видом - жеребец!

Мамонт поблагодарил и начал собираться.

Из ванной доносились властные окрики.

- Стоять! Стоять, я сказал! Мурзик, стоять! Ухо отгрызу!

- Иди провожай станичника! - окликнула его жена.

- И оставь Мурзика в покое.

Сама вымою.

Он у меня будет стоять!

Казак появился обрызганный водой с ног до головы, босой, с засученными шароварами.

- Звони, если что, - он назвал номер телефона и прошептал:

- Я за квартирой присмотрю, дверь буду слушать...

Эх, и песен не попели!

Впервые после возвращения в Москву Мамонт шел по улице и беспричинно улыбался.

Надежда была призрачная: следовало еще отыскать эту женщину на улице Рокотова, и неизвестно, там ли сейчас Кристофер Фрич.

Однако после казачьего дома ему вдруг стало хорошо и спокойно.

В их суматошной и буйной жизни скользила радость и реальность бытия.

Потом его радовал мощный и устойчивый "Линкольн", которому везде уступали дорогу.

Пусть не из уважения, а из боязни поцарапать дорогую машину, за ремонт которой не расплатишься, но и в этом что-то было.

Мамонт выехал на Профсоюзную, стал в скоростной ряд и приготовился катить до самого Ясенева.

Предчувствие удачи нарастало за каждым перекрестком.

На пересечении с улицей Гарибальди он попытался нажать, чтобы проскочить под желтый свет, и в последний момент понял, что не успеет.

Тяжелый "Линкольн" имел хорошие тормоза, однако Мамонт остановил его лишь на пешеходной "зебре".

Хотел сдать назад и опоздал: почти вплотную к бамперу пристроился "Нисан-патрол".

Поток людей, устремившийся по переходу, вынужден был обходить раздражающий роскошью автомобиль.

Кто-то пнул, кто-то стукнул кулаком по капоту - Мамонт извиняюще разводил руками, дескать, простите, люди добрые.

И когда невысокий мужичонка плюнул на машину и погрозил кулаком, он тоже сделал жест извинения.

Но вдруг этот человек остановился и, развернувшись, пошел к водительской дверце.

Мамонт надавил кнопку опускания стекла - хотел извиниться персонально, однако услышал восторженный крик:

- Мамонт! А-а, Мамонт! Я узнал вас!

Мамонт поднял стекло и отвернулся.

Как назло, вереница пешеходов не кончалась и томительно долго горел красный свет.

- Русинов?! - блажил этот невзрачный, плохо одетый человек.

- Ну, что ты морду воротишь, а? Разбогател, гад, не узнаешь? Опять в начальниках?..

Русинов?! Вы поглядите, какая машина? Какое авто!

Он начал стучать по машине - люди, обтекая ее, оборачивались, вглядывались в лица.

Светофор будто заклинило.

- Мамонт! Я узнал тебя! Открывай двери! Это же я, Носырев! Помнишь? Гипербореец...

Русинов? Саша?! Полковник Русинов?!

Прохожие замедляли шаг, останавливались...

Мамонт выключил фиксатор задней двери, потянул защелку на себя.

Гипербореец ворвался в машину, повалился на сиденье, тараща глаза.

И наконец загорелся желтый свет...




оглавлениеоглавление читать дальшечитать дальше


Сайт Сергея Алексеева: www.stragasevera.ru/
Заказать книгу почтой

Поделись ссылкой на эту страничку с друзьями:


Россия: Мы и Мир
Аз Бога Ведаю
Сокровища Валькирии
I. Стоящий у солнца
Сокровища Валькирии
II. Страга Севера
Сокровища Валькирии
III. Земля Сияющей Власти
Сокровища Валькирии
IV. Звездные Раны
Сокровища Валькирии
V. Хранитель Силы
Сокровища Валькирии
VI. Правда и вымысел
Анти-Карнеги
Сэнсэй. Исконный Шамбалы.
Жизнь и гибель трёх последних цивилизаций
Белый Конь Апокалипсиса
Застывший взгляд
Правда и ложь о разрешенных наркотиках
Оружие геноцида
Всё о вегетарианстве