перейти на главную

Globus in Net | Книги по интересам

Сокровища Валькирии

Заказать книгу почтой

Партнеры:

витамины


БАД NSP


Натуральная косметика:







Заработать

Создание собственного сайта для заработка

  • как создать сайт
  • раскрутка сайта
  • заработать в интернет




sp:

m:




Акадения управления

Лекции генерала Петрова

Цикл лекций по Общей Теории Управления




set:

"Страга Севера"

7

Дом Арчеладзе был не особенно привилегированным, и внешний вид имел неброский, малопривлекательный, но зато хорошо охранялся, поскольку жили в нем люди, связанные с государственными секретами, - правительственные шифровальщики, некоторые ученые, работники Министерства безопасности, ГРУ и еще какие-то никому не известные личности, ведущие весьма странный, необъяснимый образ жизни.

Обычно дом охранялся двумя милиционерами в штатском, которые на ночь запирали калитку, включали сигнализацию по периметру забора и сидели в своей дежурке на первом этаже.

Это были очень предупредительные и не ленивые ребята.

Они же подметали двор, подрезали декоративные колючие кусты вдоль забора, иногда могли поработать вместо сантехников, если где-то потечет труба, заменить колесо у машины, если попросишь, - одним словом, были полезны и незаметны одновременно.

Тут же, вернувшись от Жабэна, Арчеладзе заметил в своем дворе белые каски ОМОНа.

Человек десять здоровых, откормленных мужиков в бронежилетах бродили за воротами, поигрывая дубинками, сидели в детской песочнице и подпирали плечами ярко освещенный портал подъезда.

Обычно милиционеры видели каждую подъехавшую к воротам машину на мониторе - телекамера висела на углу дома и спешили впустить жильца на территорию.

Даже сигналить не приходилось.

Сейчас полковник просигналил трижды, однако ни один омоновец даже ухом не повел.

- Эй! Открывай ворота! - крикнул он, приоткрыв дверцу.

Двое неторопливо подошли к калитке.

И сразу же дохнуло Кавказом.

- Ыды сюда! - гортанно сказал один.

- Ты кто? Этого было достаточно, чтобы уголь тлеющего гнева вспыхнул и огонь его вылетел наружу.

- А ну, позови старшего! - приказал полковник.

- Я старший! - самодовольно произнес тот, что спрашивал.

- Самый старший! Ты что, не выдышь?

- Я полковник Арчеладзе! - брезгливо представился он.

- Живу в этом доме...

- Ты - полковник, я - полковник! Ты живешь в этом доме - я живу в этом доме! Ты - грузин, я - осетин! Докумэнт дай!

Он валко подошел к машине и постучал дубинкой по капоту.

- Тебя кто поставил сюда, рожа?! - не сдерживаясь, рявкнул полковник.

- Отэц поставил! Галазов поставил! Докумэнт дай!

Перед Арчеладзе стоял каменный болван, наглый, бесцеремонный жлоб, человекоподобное существо с бессмысленным взором.

В короткий миг полковник понял, что в его жилах нет ни капли грузинской крови, что он слишком обрусел и напрочь утратил огненность кавказского безрассудства и что не хватает темперамента вести с этим истуканом какой-либо диалог.

И еще понял, что совершенно беззащитен перед тупостью и не может противостоять ей, ибо следующим логическим действием уязвленного самолюбия должна быть утроенная решимость добиться своего - протаранить машиной ворота и войти в свой дом.

Он же стоял, как плюгавый, самоуглубленный интеллигент, давился от возмущения чувств и не находил слов. Только губами не хлопал...

А этот жлоб, обряженный в панцирь, бил резиновой палкой по машине, заводился еще больше и орал:

     - Ыды отсюда! Убырай машину! Русский язык понимаешь - нэт?! Ыды! Мне полковник, гэнэрал - тьфу! Ыды-ыды! Докумэнт нэт - ыды!

Арчеладзе сел в машину, запустил двигатель и сказал больше для себя:

- Сейчас я привезу тебе докумэнт! Он отъехал за квартал и связался с дежурным помощником.

- Немедленно собери группу Кутасова и ко мне, - приказал он.

- Без экипировки.

- Какое вооружение, товарищ полковник? - уточнил тот.

- Ну, пусть возьмут наручи, нунчаки...

Что у них там еще есть?

- Понял! - весело отозвался помощник.

Группа Кутасова занималась в отделе черт те чем, рассредоточившись по другим группам: пока им не находилось подходящего по их квалификации дела.

Полковник выехал на улицу, по которой должен был прибыть кутасовский "РАФ", и включил музыку.

Гнев медленно переливался в злорадство и щемящее мстительное чувство: замершая в жилах кавказская кровь готова была задавить всю остальную.

Кутасов издалека заметил "Волгу" шефа, "рафик" притормозил.

- Прибыл, товарищ полковник! - шепотом доложил он сквозь опущенное стекло.

- Со мной шесть человек.

- Достаточно, Сережа, - мягко и спокойно сказал полковник.

- Во дворе моего дома ОМОН, североосетинский.

Галазов поставил.

Пойди возьми их, разоружи и поставь вдоль забора.

- Есть!

- Я буду на улице, посмотрю, как работаешь.

"РАФ" зарулил в какой-то двор, а полковник, выждав минут пять, тихо покатил к своему дому.

С потушенным светом он проехал по тротуару и остановился так, чтобы видеть полутемный, исчерканный стволами деревьев двор. Омоновцы разговаривали на своем языке - будто бы переругивались и громко смеялись.

Было странно слышать чужую речь самодовольных и самоуверенных людей возле своего дома.

Группа Кутасова изучала обстановку: полковник заметил лишь одну неясную тень, скользнувшую за решеткой напротив детской площадки.

Жильцы дома сидели с погашенными окнами, несмотря на то что еще и десяти не было.

Лишь в верхних этажах кое-где горели ночники.

Захват длился сорок семь секунд.

В темноте было видно, как замельтешили белые каски, брякнули несколько раз жестяные омоновские щиты, послышался сдавленный крик, какое-то завывание и приглушенные приказы молчать пополам с матом.

Арчеладзе выбрался из машины и приблизился к калитке.

Кутасовцы заканчивали работу: на щитах лежали дубинки, бронежилеты, каски и верхняя одежда.

Автоматы уже болтались на плечах ребят из группы захвата.

Омоновцы стояли вдоль забора в одну шеренгу, раздетые по пояс.

Видимо, Галазов кормил хорошо: из-за ремней вываливались животы.

Полковник отметил, что все они как на подбор усатые, наголо стриженные и похожие друг на друга так, что отыскать среди них старшего невозможно.

Он постучал в калитку.

Кутасов открыл сам и начал докладывать, однако Арчеладзе махнул рукой:

- Вижу...

Сорок семь секунд!

- Их в два раза больше, товарищ полковник!

- Все равно долго.

Замешкался, когда изучал обстановку.

И одного я видел, когда выходили на исходный рубеж.

- Потренируемся - устраним, товарищ полковник! - заверил довольный Кутасов.

Арчеладзе обошел испуганно-изумленный строй потерявших вид бойцов ОМОНа и не смог узнать старшего.

Без формы и амуниции они напоминали обыкновенных здоровых мужиков, годных для тяжелой физической работы, где-то даже добрых и незлобивых.

Лишь ожидание и страх, непривычные для крестьянского лица, придавали им несколько жалкий вид.

- Кто старший? - спросил полковник.

- Шаг вперед! Строй потупленно молчал.

Арчеладзе еще раз пробежал глазами по белеющим в темноте лицам.

- Я повторяю: кто старший? Кто разговаривал со мной у ворот?

- Вот этот, товарищ полковник! - Кутасов ткнул дубинкой в живот одного из бойцов.

- На нем была форма старшего лейтенанта.

- Все их документы - ко мне, - распорядился Арчеладзе.

- Никаких документов, товарищ полковник! - отозвался один из группы Кутасова, проверяющий карманы снятой одежды.

- Сигареты, зажигалки, патроны, фляжки с самогоном...

- Должен быть личный номер офицера! Смотри на связке ключей!

- Нет ничего.

И ключей нет! Одни наручники...

Полковник остановился напротив старшего - тот сверкнул глазами и отвернулся.

- Три шага вперед, - скомандовал Арчеладзе.

Старший вышел из строя.

Полковник подозвал Кутасова:

- В бардачке моей машины лежат ножницы. Пошли, пусть принесут.

- Есть! Куда их, товарищ полковник? - Кутасов кивнул на бойцов.

- Оружие и амуницию в отдел до особого распоряжения, - приказал Арчеладзе.

- Всех в наручники.

Вывези за Кольцевую дорогу и отпусти.

Пусть идут домой...

Не забудь снять погоны!

Ему подали ножницы.

Полковник просунул пальцы в кольца, пощелкал в воздухе и приказал старшему:

- На колени.

Тот завращал белками глаз, встал на колени.

- Что делат будэшь? - спросил подавленно. Полковник схватил пышный ус, ловко отстриг его - старший дернулся.

- Ты грузын!..

Прошу, отэц, не позорь.

Ты наш обычай знаешь!

- Если бы я был грузин, - спокойно проронил Арчеладзе, - я бы тебя уже зарезал.

Остальные пленные смотрели с ужасом и, кажется, перестали дышать.

Старший вдруг размяк и тихо, будто чревовещатель, завыл глубоко упрятанным в живот, тоскливым голосом.

Полковник остриг ему усы, приказал встать в строй.

- Теперь будет видно, кто старший, - сказал он, бросил ножницы и пошел в свой подъезд.

На лестничных площадках стояли тихие, молчаливые люди.

Они, всю жизнь связанные с государственными тайнами, и так давно привыкли держать язык за зубами; тут же тишина над их головами была такая, что звенело в ушах.

Они, как пленные, тоже боялись дышать...

Полковник поднялся на свой этаж, отпер дверь и вошел в темную квартиру, заполненную той же непроглядной тишиной.

Гнев излился, остался там, во дворе; иссякло мстительное чувство, опало на землю вместе с остриженными усами.

Ему надо было торжествовать победу над тупыми подонками, он должен был насладиться поверженным и униженным противником, но вместо этого он ощущал звенящую пустоту и брезгливое чувство омерзения. Спасительная, отгораживающая от всего мира дверь своего дома на сей раз не спасала, и чудилось, что все открыто, все видно и нет места, где можно спрятаться и быть самим собой.

Полковник вымыл руки.

Ноги привычно повели его на кухню, чтобы приготовить ужин - острую мясную пищу, однако непроизвольно присел к столу и долго сидел, уставившись в одну точку.

Потом он вспомнил, что сегодня удачный день! Он же получил информацию от Нигрея! И теперь Комиссар в его руках!..

Однако и это не могло оживить ни разума, ни сердца.

Как бы исполняя ритуал, полковник все-таки взялся готовить ужин, но запах жареного лука отчего-то показался ему тошнотворным запахом нищеты и убогой, неизвестно зачем текущей жизни.

Так пахло в бараках и в поселках вербованных лесозаготовителей, где ему приходилось бывать, когда он работал в Кировской области.

Молодому, преуспевающему капитану было странно смотреть на этих полупьяных, воняющих потом и клопомором людей, каждое утро бредущих на работу.

Он с каким-то изумлением все время спрашивал - зачем живут эти люди? И прошлое и будущее - все беспросветно! Что их заставляет жить, в чем они находят интерес к такой безрадостной жизни?..

Полковник вывалил приготовленный ужин в унитаз и смыл.

"Гогия, ты памидоры любишь? Кушать - да, а так - нэт..."

В квартире стоял устойчивый запах нищеты...

Он достал две бутылки вина, принес их в зал и включил телевизор.

И вдруг на экране увидел "папу"! "Папа" в последние полгода ни разу не появлялся ни в эфире, ни на газетных полосах.

Он ушел в тень.

С чего бы вдруг?..

Он не успел даже понять, о чем говорит "папа", лишь посмотрел в его круглые, немигающие глаза, как вдруг кадр сменился летящим мультипликационным паровозом со звездой...

Надо было срочно установить обстоятельства убийства старика Молодцова! Дать задание дежурному помощнику...

Полковник выключил телевизор, допил вино из стакана и пошел к телефону.

Взял трубку и снова замер: Юрий Алексеевич Молодцов - второй труп из бывших работников контрольно-ревизионной службы.

Что это?! Стоит ему лишь нащупать конкретного человека, связанного с тайной исчезновения золотого запаса, стоит прикоснуться к нему, как происходит немедленная смерть.

И это все равно - самоубийство или убийство.

Люди, способные приблизить его к разгадке тайны, немедленно погибают...

Что за этим стоит? Включается "самоликвидатор" или какие-то незримые силы, недоступные пока его пониманию?

Или он сам, как черный демон, приносит им смерть?..

Почему вокруг золота всегда течет кровь? Да, был же какой-то профессор, говорил что-то, все смеялись...

Почему над ним смеялись? Впрочем, теперь все равно, Комиссар-то в руках! И Птицелов был в руках...

Полковник подошел к зеркалу и, не включая света в передней, долго всматривался в темный портрет.

Сумрак в стекле как бы убрал все малозначащее и оставил лишь его образ - суровый, орлиный, гордый...

Птицелов говорил, что похож на птицу, только не сказал, на какую.

Полковник вынул из заднего кармана брюк пистолет "ПСМ" - генеральский, никелированный, отвел затвор, проверил, есть ли патрон в патроннике, и открыл небольшой металлический шкаф, вмонтированный в мебельную стенку.

Там стоял личный карабин "СКС", охотничье ружье и мощный итальянский арбалет.

В отдельном запирающемся блоке он хранил патроны и служебный пистолет.

Уже давно никто из посторонних не входил в его квартиру, а за два последних года, может быть, лишь Воробьев бывал раза три.

Не имело смысла ничего убирать, прятать, запирать под замок, но срабатывала многолетняя привычка, вживленная в мышечную память.

Полковник сунул пистолет в блок и вдруг увидел начатую пачку нитроглицерина.

Кровяные капельки посверкивали на блестящей фольге - это все, что осталось от Птицелова.

Вот то гнездо, где была его последняя капля...

Будто зачарованный рубиновыми шариками, полковник вернулся в зал и налил полный стакан вина.

Оно тоже напоминало кровь, только темную, венозную, обедненную кислородом.

Золотой ободок на стакане засиял, испуская на пальцы свет.

Полковник одним духом выпил до дна и утер ладонью верхнюю губу - усы после Чернобыля не росли, но и тут осталась мышечная память...

Усы у него когда-то были не черные, грузинские, а пшеничные, пышные, несколько даже карикатурные, и они, подобно губке, всегда впитывали вино.

Ему очень нравились собственные усы, но не как предмет мужской гордости; они придавали его орлиному носу, да и всему лицу, законченность, создавали его образ, скрывая хищность птичьего профиля.

И женщинам они нравились...

Полковник пересчитал кровяные шарики в упаковке - семь штук, точно патроны в револьвере.

Яд мог быть в каждом.

А мог и не быть ни в одном.

Птицелов знал в котором или взял наугад?..

Что чувствовал в тот миг? Да, вспомнил про птицу, будто поймал скворца, держал в руках и упустил...

теперь и полковник поймал скворца!

Он выщелкнул шарик, бывший в соседней ячейке с тем, что выбрал Птицелов.

Сел плотно в кресле, расслабился и осознанно, будто перед броском, выдержал паузу.

И в тот же миг подумал, что у этого недоноска в форме ОМОНа усы отрастут еще.

Капля упала на язык и, прижатая к нёбу, стала медленно рязмягчаться, будто сладкая, тающая во рту ягодка.

Полковник раздавил ее о зубы и остановил дыхание...

Грузная, цепенящая боль ударила в затылок, сдавила виски.

И почти сразу же онемел язык.

Волна бесчувственности скользнула с него в гортань и побежала к сердцу.

Хотелось того дремотного состояния покоя, которое он испытал, глядя на свистящий запал гранаты.

Полковник инстинктивно обхватил ладонями голову, сжал ее и замер, ожидая развязки.

Боль поднималась в голове грибом ядерного взрыва, клубилась под черепом и заполняла его пространство.

Гладкая кожа на затылке и темени омертвела, зато на ладонях стала болезненно-чувствительной, словно открытая рана...

И на этой очужевшей коже он ощутил рост волос! Они были совсем маленькие, топкие, но густые, и на ощупь кожа головы напоминала бархат.

Изумленный полковник приподнялся в кресле и вдруг обнаружил, точнее, осознал страшное, нестерпимое желание жить.

Только бы эта рубиновая капсула не оказалась ядом! Он никогда не принимал нитроглицерина и совершенно не знал его действия.

У полковника было хорошее, крепкое сердце...

Прошло секунд десять, долгих и каких-то свистящих, словно он прыгнул со скалы в пропасть и теперь ожидал удара о землю.

Ничего не случилось! А Птицелов, помнится, умер почти мгновенно.

Боль медленно опала, рассосалась, разнесенная кровью по всему телу, но этот густой, едва ощутимый замшевый ершик на голове остался.

Он не поверил своим рукам, включил свет и всмотрелся в зеркало, однако ничего, кроме своих изумленных глаз, не увидел.

Тогда он принес настольную лампу и осветил себя сзади.

Кожа на голове заискрилась: волосы росли серебристые, совершенно седые, однако это ничуть не расстроило его.

Пусть хоть зеленые растут! Полковник приблизил лицо к зеркалу и стал ощупывать подбородок, верхнюю губу под носом, - и тут бабья, гладкая кожа стала замшевой, как у созревающего подростка...




оглавлениеоглавление читать дальшечитать дальше


Сайт Сергея Алексеева: www.stragasevera.ru/
Заказать книгу почтой

Поделись ссылкой на эту страничку с друзьями:


Россия: Мы и Мир
Аз Бога Ведаю
Сокровища Валькирии
I. Стоящий у солнца
Сокровища Валькирии
II. Страга Севера
Сокровища Валькирии
III. Земля Сияющей Власти
Сокровища Валькирии
IV. Звездные Раны
Сокровища Валькирии
V. Хранитель Силы
Сокровища Валькирии
VI. Правда и вымысел
Анти-Карнеги
Сэнсэй. Исконный Шамбалы.
Жизнь и гибель трёх последних цивилизаций
Белый Конь Апокалипсиса
Застывший взгляд
Правда и ложь о разрешенных наркотиках
Оружие геноцида
Всё о вегетарианстве