перейти на главную

Globus in Net | Книги по интересам

Сокровища Валькирии. Стоящий у солнца

Заказать книгу почтой

Партнеры:

витамины


БАД NSP


Натуральная косметика:







Заработать

Создание собственного сайта для заработка

  • как создать сайт
  • раскрутка сайта
  • заработать в интернет




sp:

m:




Акадения управления

Лекции генерала Петрова

Цикл лекций по Общей Теории Управления




set:

16

Номер в "маленькой гостинице" оказался двухкомнатными апартаментами с кондиционером, камином в зальчике, мягкой дутой мебелью и ковром, в котором ноги утопали, как в траве на газоне.

Вещи Ивана Сергеевича - чемодан и рюкзак стояли на специальной подставке под вешалкой и на первый взгляд казались нетронутыми.

Однако он запер дверь на ключ, торопливо открыл чемодан и ощупал карманы кителя - документы и пистолет были на месте.

Он достал оружие, проверил обойму: даже не разрядили!

Если его не разоружили, значит, доверяют или надеются на свою бдительность и вышколенную охрану.

Впрочем, что его разоружать?

И так, считай, у них в руках, под надзором, а вытащи они пистолет - сразу понятно, кто это сделал, и, значит, полное недоверие.

А шведы хотят заполучить его во что бы то ни стало!

У них сейчас нет другого выхода!

Савельева-то поспешили выгнать, беднягу.

Не самому же Варбергу садиться в кресло руководителя, да, поди, по уставу фирмы он не имеет права это делать.

Хотя если он имеет хорошие связи с нынешним правительством и с помощниками президента - все возможно.

Интернационалу с неизвестным номером нужны деньги на революцию...

Иван Сергеевич скинул свитер и открыл ванную комнату - ну, супер-супер!

Что еще сказать?

Даже биде есть, махровый халат и полотенце размером с простыню.

Все это надо обязательно использовать, вести себя слегка развязно, по-хозяйски и не скромничать ни в коем случае!

Надо делать вид командира производства, оказывающего услугу каким-то бедным, несчастным шведам, попавшим в затруднительное положение.

Хочу - выручу и пойду руководить, а захочу - не пойду.

Пусть они стараются, угождают, прислуживают.

Надо их завязать на себя, притянуть к своей персоне все их надежды и успехи.

Эх, найти бы в этой "гостинице" какой-нибудь изъян!

Чтобы вода из крана не текла или текла слабо, чтобы форточка не закрывалась, - холодина на улице!

Телевизор бы не работал, телефон...

Увы, здесь все текло, закрывалось и исправно работало.

Не придерешься, не устроишь гневный разнос и не найдешь причин уйти в городскую гостиницу.

А это очень плохо, когда хозяин живет на квартире у гостей...

Иван Сергеевич с удовольствием выкупался под душем, надел халат и, выйдя в зал, развалился в кресле.

Конечно, для русского человека, привыкшего за семьдесят лет жить в убожестве коммунальных квартир, все это кажется роскошью, и шведы это прекрасно понимают.

Своеобразное психологическое воздействие, соблазн: дескать, посмотри, как стоит жить и как ты, имея редкую профессию, имеешь право жить.

И дрогнет душа - да так твою мать!

Неужели не заслужил?

Тонн десять золота нашел и поднял из земли и со дна морского!

А что получил?

3арплату?

Полковничьи погоны?

Двухкомнатную квартиру заработал, и то не в Москве, а в Подольске?

Даже если по советским законам отнять двадцать пять процентов, положенных за находку клада, сколько это будет?

Две с половиной тонны!

Минус налоги, амортизацию за технику и оборудование, рабочую силу, и то в любом случае тонна принадлежала ему.

А с тонной золота можно жить и почище, чем шведы живут!

Должно быть, Савельеву приглянулась такая жизнь и жалко стало с ней расставаться.

Потому и пошел машины жечь и, если верить шведам, решился на мокрое дело...

Вот уж не думал никогда, что придется переходить дорогу своему ученику.

Стыдно...

В это время в дверь как-то бережно постучали.

- Войдите!

- приказным тоном сказал Иван Сергеевич.

На пороге очутилась женщина лет тридцати - в фартучке, с наколкой на красиво уложенных волосах, все при всем - типичная "телка", по выражению современных молодых людей.

- Добрый день, господин Афанасьев!

- ласково проговорила она, улыбаясь.

Обед прикажете подать в номер?

Акцент выдавал ее славянское происхождение.

- Да, пожалуйста, - нехотя бросил Иван Сергеевич, скрывая интерес.

Официантка так же мягко исчезла вместе с улыбкой и осталась стоять в глазах светлым пятном.

Иван Сергеевич покряхтел и пошел надевать брюки.

Через пять минут она вкатила тележку с мелодично звенящей посудой, на которой был разложен и разлит обед.

- Благодарю вас, - проронил он и не сдержался:

- Простите, вы полька?

- О да!

- воскликнула она почему-то изумленно.

- Я полька!

- Послушайте, пани...

- Августа!

- Пани Августа.

- Иван Сергеевич огладил лысый череп - как небритый подбородок!

- Скажите, кто у вас муж?

- Мой муж?

- засмеялась она.

- У меня нет мужа!

"Разумеется, нет, - подумал он.

- Я ведь не только для этого спрашиваю.

Я же хотел спросить, каким образом ты оказалась со шведами в Красновишерске?

И ты, конечно, мне ничего не скажешь..."

- Это замечательно, что у вас нет мужа, - проговорил он.

- Будь я вашим мужем - умер бы от ревности.

А вы мне компанию не составите?

- спросил он.Вы знаете, я воспитывался в семье, где в одиночку не обедали.

Была такая старорежимная семья...

"Вот сволочи!

- безадресно подумал он.

- Почему они берут для этих целей славянок?

Ну да, к русскому лучше посылать славянку, хотя вдруг бы я захотел нечто экстравагантное?

Шведку, например.

Вот сейчас возмущусь и буду кричать - а ну подать мне шведку!

Почему я на шведской территории должен спать с полькой?

Да они мне опостылели еще при коммунистах!

Сволочи, и ведь подадут!

- разочарованно подумал Иван Сергеевич.

- И тогда уже не откажешься...

Хотя тут придраться можно.

Женщина - не телефонный аппарат!"

- Благодарю вас, - ласково отозвалась официантка.

- Это некоторое нарушение этикета...

К тому же я уже пообедала!

- Ну, выпить со мной рюмочку вам не запретит никакой этикет, - добродушно проговорил Иван Сергеевич.

- Мы же люди современные и, в конце концов, не на дипломатическом приеме, а в "гостинице".

Не стесняйтесь!

Он достал из шкафа рюмку и фужер, словно профессиональный официант, протер их полотенцем и, обмотав горло бутылки, налил коньяк: кем бы она ни была, а ухаживать за красивой дамой всегда приятно.

Да жалко девку: через пять-семь лет потеряет привлекательность и придется распрощаться со своей профессией.

Куда ей потом?

Резидентшей?

Связной?

Машинисткой?

- Меня зовут Иван!

- сказал он и поднял рюмку.

- Выпьем за знакомство!

- Очень приятно!

- сказала она.

- У вас очень мужественный вид!

Супермен!

Она имела в виду бритую голову, конечно.

Эх, знала бы, какой вид был недавно!

Бабушки возле церкви, здороваясь, кланялись, как батюшке.

"Вторую придется по логике пить на брудершафт, - с тоской подумал он.

Поцеловаться с ней, конечно, будет приятно...

Но захочется потом плюнуть".

Августа отпила глоток и поставила рюмку - значит, в коньяк ничего не подсыпали.

Впрочем, подсыпать еще рано, он же пока затеял дискуссию на нравственные темы и не отказывается от должности.

Он налил еще коньяку, но пить на брудершафт решил третью.

Августа посматривала на него с интересом: наверное, ей, как и всем женщинам, нравилось кормить мужчин.

- Пан будет работать в нашей фирме?

- спросила она затаенным мелодичным голосом.

      Шведам требовалась горячая информация, чтобы оставить вечерний разговор и перехватить упущенную инициативу.

- Пан изучает вопрос, - неопределенно, тоже с улыбкой ответил Иван Сергеевич.

- Я пью за вас, очаровательная пани Августа!

Она опять пригубила и доверительно сообщила:

- Мне очень нравится работать в нашей фирме!

"Еще бы не нравилось, подумал он, закусывая острейшей колбасой "салями".

- Любимая работа всегда нравится.

Мне тоже было интересно...

Надо поменьше есть, а то предъявят счет - не оплатить будет.

Так и без сапог в горы уйдешь..."

- Да, чувствуется, фирма не плохая, - одобрил Иван Сергеевич.

– Шведы народ приличный, обходительный и не наглый, как американцы.

С ними можно иметь дело.

- О да!

- поспешила воскликнула Августа, и Иван Сергеевич поймал себя на мысли, что этот дурацкий возглас заразителен и начинает его раздражать.

- О да!

- повторил он за официанткой.

- О да-да-да...

- Я очень люблю Польшу, - призналась она.

- Но у нас сейчас, как и в России: предприятиями руководят выскочки, непрофессионалы, политические работники, а то и просто молодые хамы.

Грубость, невежество, кризис...

И слышишь кругом - деньги!

Доллары!

Злоты!

- Вот и я присматриваюсь, - сказал Иван Сергеевич.

- Не хочется покупать кота в мешке...

- Вы будете руководить нашей фирмой?

- боясь расплескать свой голос, спросила Августа.

"Эх, придется пить на брудершафт, - про себя вздохнул он.

- Иначе не получится доверительной беседы...

Ну ладно, прости меня, Валентина Владимировна, грешник я старый..."

Он наполнил рюмки и подмигнул ей:

- Пани Августа!

А давайте-ка выпьем на брудершафт?

Я все равно мысленно говорю вам "ты"!

- О да!

- Она встала с рюмкой, и едва заметное волнение - это уже не профессионально!

- промелькнуло в ее зеленых глазах.

- Я тоже говорила вам "ты"...

"Вот же зараза!

- про себя воскликнул он.

- На ходу лепит!

Ну, да лет, поди, десять трудится..."

Они проделали этот дурацкий ритуал и поцеловались.

Помада у Августы была вкусная, с едва уловимым и притягательным запахом.

Ну просто не помада, а психотропное средство!

Теперь можно и ваньку повалять...

- Не знаю, буду руководить или нет, - проговорил Иван Сергеевич, - есть у меня один нюанс...

Нравственный момент.

Ведь до меня был Савельев.

- Да, был пан Савельев, - подтвердила она, - Очень грубый человек, как полек...

- Ну, грубый, не грубый...

Это мой ученик!

- вздохнул он.

- И я теперь должен перешагнуть через него.

Правда, он подлецом оказался: машину мою спалил, заставил меня в прямом смысле бежать из Москвы.

Хорошо, в нашей Службе остались мои люди.

Подсказали ехать в Красновишерск, - безбожно стал врать Иван Сергеевич.

- И по дороге подстраховали...

Резиденцию-то никто не знает!

- О да!

- провозгласила Августа.

- Мы не делаем рекламы...

- Какая реклама в нашем деле?

- Он тронул кофейную чашку, и Августа мгновенно среагировала - налила кофе.

- Понимаешь, Августа, штука очень сложная.

С одной стороны, я, значит, через своего ученика переступил, с другой - у меня тут в горах где-то товарищ ходит, вместе работали.

Ну, Савельева скинули - туда ему и дорога.

А друга жалко!

Если я сяду в кресло, савельевские ребята прижмут его в горах и...

грохнут!

- О-о!

- в испуге вскричала она.

- Такая опасность?

- Мало того, тут может начаться настоящая гражданская война, доверительно сообщил Иван Сергеевич.

- Слыхала, здесь раньше люди пропадали?

Так вот может пропасть вся фирма вместе со шведами.

Я же всего им не могу сказать в открытую...

"Но зато ты все это им расскажешь, - он отхлебнул кофе и, заметив сигареты на столике, закурил.

- Пусть почешут затылки..."

- О да!

О да!

- В ее глазах подрагивали две маленькие слезинки, якобы появившиеся от страха.

- Все дело, Августа, в психологии русского человека, - продолжал он.

- Пока был Институт и мы лазили по Уралу, было относительно спокойно.

Ну, случалось, то камень на голову упадет, то лось человека забьет...

Но если тут, в горах, появятся иностранцы - все, партизанская война!

Ни пяди земли!

Ни грамма золота!

Нет ничего страшнее русского бунта, об этом еще Пушкин говорил.

В каждом сидит Пугачев, Стенька Разин и Гришка Отрепьев...

Вот какие дела, чудо ты мое!

Понимают ли это шведы?

- Да, понимают!

- подтвердила Августа.

- Поэтому наш офис без афиши, без рекламы.

На улице говорить только по-русски!

Или молчать.

- Опасная у вас работа, - посочувствовал Иван Сергеевич.

- Но это, прелесть моя, лишь одна сторона дела.

У Савельева в горах остались люди, много людей, преданных своему хозяину.

Это, знаешь, профессиональные шпионы.

Самые настоящие!

- О-о!

- опять пропела она в испуге, будто никогда не видела шпионов.

- И вот они-то опаснее, чем мужики с вилами и ружьями, - загоревал он.

Проникнут куда угодно, выкрадут что хочешь, возьмут заложников и станут диктовать свои условия.

А в нашей стране - беспредел!

Милиция, вместо того, чтобы преступников ловить, народ на улицах гоняет...

Мне мои люди доложили, что Савельев контролирует весь регион.

Вот как ты посоветуешь?

Каким образом мне об этом рассказать шведам?

Но чтобы не отпугнуть их особенно-то.

Дело затеяли хорошее, да обстановка гнилая...

"Сильно-то их тоже пугать нельзя, - спохватился Иван Сергеевич.

- Если правительство заинтересовано в "Валькирии", чего доброго, пришлют сюда часть внутренних войск, оцепят регион, введут какой-нибудь режим..."

- Об этом лучше не говорить, - прошептала Августа, чем смутила Ивана Сергеевича: может, она действительно честная официантка, а никакая не "постельная разведка"?

Может, боится за свою работу?

- Как же не говорить?

- усомнился он.

- Что же я, сяду в кресло руководителя и стану играть втемную со шведской стороной?

Они с меня будут спрашивать результат, а я тут открою фронт гражданской войны?

- О да!

Да!

- согласилась она.

- Вот и приходится голову ломать!

- Иван Сергеевич потушил окурок и налил коньяку.

- Давай выпьем, чтобы утряслись все наши проблемы.

За успех!

- За успех!

- вдохновилась Августа и неожиданно выпила до дна.

- Конечно, есть кое-какие соображения, - проговорил он, закусывая лимоном.

- Можно и другу обеспечить безопасность, и савельевских ребят укротить...

Но нужны будут большие дополнительные расходы.

А я о расходах честное слово!

- капиталистам говорить боюсь.

Не любят они слышать о расходах, а любят - о доходах.

Ты как считаешь, между нами, жадные они, нет?

- О нет!

- первый раз изменила она себе.

- Очень щедрые!

- Ну, сколько тебе платят?

- Одну с половиной тысячу крон!

- восторженно сообщила Августа.

- И полное обеспечение.

"За такую работу могли бы и побольше", - в душе усмехнулся он.

- Прилично!

В самом деле щедрые!

Да и работа опасная...

- О да...

Пан желает отдохнуть?

- Она заметила, что Иван Сергеевич слегка поерзал в кресле.

- Августа!

Нам придется еще раз выпить на брудершафт!

- засмеялся он.

- Иван!

Ваня!

- поправилась она.

- Это другое дело!

А все-таки хочется еще раз поцеловать тебя!

признался Иван Сергеевич.

- Господи, какая ты нежная!

Он прикоснулся к ее губам - черт!

Где такую помаду делают!

- Мне очень приятно, Иван...

"Еще бы не приятно, когда импортную разведчицу целует русский офицер, пробухтел он мысленно и с удовольствием.

- Правда, лысый и ленивый, но все же..."

- Все-таки чувствую, надо отдохнуть, - озабоченно проговорил он.

- Так хорошо стало, мы так славно поговорили...

Представляешь, как одному лежать тут со своими мыслями?

Она схватывала все на лету.

Выставила недопитый коньяк, рюмку и сигареты на стол и развернула тележку к двери.

- Мне тоже было очень приятно!

- улыбалась она и ждала его последнего действия.

- Надеюсь, мы встретимся за ужином?

- спросил он урчащим, как у кота, голосом и дотронулся губами до ее уха.

- О да!

- Она покатила тележку.

Иван Сергеевич смотрел ей вслед.

Хороша же, а?!

Если бы знал Мамонт, где он сейчас сидит, с кем пьет коньяк и какие у него перспективы, - сдох бы от зависти!

"Ну, ступай, - мысленно проговорил он.

- Шеф ждет информации.

Эх, поверил бы процентов на тридцать, и уже хорошо.

И уже вечером не особенно-то станешь нажимать и торопить...

Иди служи!

Не смущай старого, ленивого кота!"


оглавлениеоглавление читать дальшечитать дальше


Сайт Сергея Алексеева: www.stragasevera.ru/
Заказать книгу почтой


Поделись ссылкой на эту страничку с друзьями:


Россия: Мы и Мир
Аз Бога Ведаю
Сокровища Валькирии
I. Стоящий у солнца
Сокровища Валькирии
II. Страга Севера
Сокровища Валькирии
III. Земля Сияющей Власти
Сокровища Валькирии
IV. Звездные Раны
Сокровища Валькирии
V. Хранитель Силы
Сокровища Валькирии
VI. Правда и вымысел
Анти-Карнеги
Сэнсэй. Исконный Шамбалы.
Жизнь и гибель трёх последних цивилизаций
Белый Конь Апокалипсиса
Застывший взгляд
Правда и ложь о разрешенных наркотиках
Оружие геноцида
Всё о вегетарианстве