перейти на главную

Globus in Net | Книги по интересам

Сэнсэй. Исконный Шамбалы

Заказать
книги почтой

Партнеры:

витамины


БАД NSP


Натуральная косметика:







Заработать

Создание собственного сайта для заработка

  • как создать сайт
  • раскрутка сайта
  • заработать в интернет




sp:

m:




Акадения управления

Лекции генерала Петрова

Цикл лекций по Общей Теории Управления




set:

часть 4

Обойдя безуспешно еще несколько мест, нам посоветовали секцию, расположенную на окраине города, в районе какой-то доисторической шахты.

Мы не верили, что  узрим  нечто лучшее, чем видели в центре, но что-то нас туда определенно тянуло.

Потратив полдня на поиски и опросив целый батальон местных жителей, наконец достигли желаемой цели.

— Да, — негромко призналась моя подруга Татьяна, – место, конечно, жутковатое.

Если мы будем здесь еще и заниматься, то я умру со страха.

У меня уже сейчас мурашки по коже бегают.

Я тоже ощущала легкий озноб, хотя на улице стояла довольно-таки теплая погода.

Подойдя к обшарпанному, зацветшему от времени зданию, даже все время молчавший Славик не выдержал:

— Ну и  ну!

По-моему, мы зря потратили время.

Неужели в этой «дыре» кто-то еще и занимается?

Да тут, наверное, только мыши по ночам тренируются.

Андрей, лицо и фигура которого отдаленно напоминали русский проект Шварценеггера, многозначительно заключил:

— В общем-то говорят, что форма всегда соответствует содержанию.

Пожалуй, сейчас в этом лишний разок убедимся.

И дернув на себя ручку ветхой двери, услышал лукавые слова, с сожалением произнесенные Костей:

— О, как в тебе еще заметно

     Сидит ученый кабинетный.

Со звонким хохотом мы ввалились в спортзал.

Но наша веселость мгновенно сменилась немым удивлением, ибо в зале находилось около шестидесяти человек.

— Ого, — присвистнул Славик.

— Вот это да.

Но я уже не слушала недоумевающие реплики ребят.

Мой взгляд буквально сразу замер на белокуром человеке.

Хотя этот блондин ничем не отличался от остальных, стоящих в толпе, но что-то в нем определенно сильно волновало.

«Боже, до чего же знакомое лицо», — подумала я.

Его облик напоминал мне кого-то, кого очень давно и очень хорошо знала.

Но кого?

Я начала усиленно рыться в памяти, вспоминая всех знакомых в разных городах, всю свою многочисленную родню и всех друзей моих родных.

Но мои попытки были тщетны.

Из этого бурного потока лихорадочного осмысления меня выбил мелодичный голос Сэнсэя (Учителя), которым оказался тот загадочный молодой мужчина.

— Ну что, новобранцы, — с улыбкой сказал он, — стоите, как девушка после первого поцелуя.

У нас или занимаются, или за дверь.

Выбор за вами.

Этот голос!… Моему удивлению не было предела.

Уж его-то я точно где-то слышала.

Но где и когда?

Наша маленькая компания дружно пошла к раздевалкам.

В это время назойливые мысли нахально продолжали требовать удовлетворения своего праздного любопытства.

Готовясь к занятию, я попыталась расспросить окружающих о Сэнсэе, узнать, откуда он родом.

Но оказалось, что никто толком ничего не знал.

Это меня еще больше заинтриговало.

По сравнению с медлительной Татьяной, я быстренько накинула белое кимоно и направилась в спортзал в надежде найти ответы там.

Но там возникали лишь очередные вопросы.

Что меня поразило в первую очередь — это то, что народ здесь был разновозрастный, приблизительно от четырнадцати до пятидесяти лет, что само по себе было странным.

Такого моя особа не видела ни в одной из предыдущих секций.

Я подумала: «Что может объединять таких разных по образу мышления, возрасту и опыту жизни людей?

Если только боевое искусство, то каким же надо быть мастером и психологом, чтобы с азартом увлечь и заинтересовать их всех?»

Когда началась тренировка, второе, что меня поразило — это идеальная дисциплина и дружелюбная атмосфера, которая окружала нас.

Здесь никто ничего не заставлял делать, но никто и не думал нарушать дисциплину.

Каждый неподдельно старался заниматься на полную силу, что было удивительно по сравнению с нашими предыдущими неудачными опытами.

Глядя на такую массовую работу над своими телами, наша компания также пыталась показать себя только с наилучшей стороны, усиленно пыхтя, кряхтя и потея.

Но даже во время этого акта (многостра­дального для моих, как оказалось, малотрени­рованных конечностей) меня не покидала мысль: «Как можно было создать такую дисциплину, как гово­рится, без кнута и пряника?

Что могли здесь узнать и увидеть для себя эти разные люди, чтобы потом с таким энтузиазмом тренировать свое тело?

И почему все занимаются молча?!

— вскричал напоследок мой возмущенный женский разум.

— Ну хоть бы кто слово сказал!» Для моей любопытной, болтливой натуры это была целая катастрофа.

Ведь я надеялась хоть что-нибудь прояснить для себя во время тренировки.

По окончании разминки раздались три сильные хлопка сэмпая (старшего ученика).

Это был как бы своеобразный сигнал.

Люди стали образовывать круг, присаживаясь на пол на колени.

Когда все расселись, в центр его просто и легко вышел Учитель.

Он начал рассказывать историю стиля «Тигра» так, как будто рассказывал ее не толпе глупых учеников, а своим добрым, старым знакомым.

Я впервые узнала, что стиль «Тигр» — это единственный стиль, который сохранил свой боевой дух изначально, не претерпев изменений.

Зародился он в Китае.

Один  из мастеров Шаолиня, наблюдавший за поведением тигров, создал свой собственный стиль, отличавшийся повышенной агрессивностью и опасностью.

Стиль не имеет спортивного начала.

Его боевой дух передается от Учителя к ученику, доводя осознание последнего до того, что тот начи­нает чувствовать и «думать», как тигр.

Единственное, по своей мудрости стиль уступает более древнему стилю — «Дракон».

— Ну ладно, теория теорией, а пора немножко и размяться, — сказал Сэнсэй.

Он вызвал на татами трех бойцов, крепких и рослых ребят спортивного телосложения, продемонстрировав несколько приемов из этого стиля для защиты и нападения.

Сначала он показал  в таком темпе, в каком происходят, по его мнению, настоящие удары.

Честно говоря, я, наверное, как и многие, не смогла даже заметить, когда Учитель нанес удары.

Всё, что успели зафиксировать мои глаза, — это то, что Сэнсэй прошел мимо трех бойцов, взмахнув на какую-то долю секунды руками.

Я даже не поняла, когда ребята успели упасть.

То же случилось и при демонстрации приемов защиты.

Мне показалась эта скорость ударов нереальной.

И мой мозг, не желая этому верить, хитро намекнул: «Может, они сами упали, наверное, притворяются».

Но исказившиеся лица парней от жуткой, невыносимой боли, подделать было невозможно.

Сэнсэй спокойно подошел к ним и помог восстановить дыхание, ткнув в них пальцем по каким-то точкам на теле.

После чего ребята смогли оправиться от болевого шока и продолжить тренировку дальше.

Причем вся эта сцена сопровождалась немым созерцанием удивленной толпы.

После Учитель стал подробно рассказывать технику стиля «Тигр», медленно показывая каждое движение и места нанесения ударов.

Я подумала, что эти движения были слишком сложные, чтобы успеть нанести их за какую-то долю секунды.

Разбившись по парам, народ стал целеустремленно учиться воспроизводить увиденное, кто как мог.

Недалеко от меня, смешно выбрасывая коротенькие ножки и ручки, кряхтел толстенький мужчина лет пятидесяти.

Его лицо с пухлой, выпяченной губой, напоминающее большой вареник было аккуратно выбрито.

Сквозь толстые очки смотрели умные глаза.

На голове поблескивала небольшая лысина с редкими седеющими волосами.

«А его-то как сюда занесло?

— подумала я.

— По виду не скажешь, что всю жизнь единоборствами увлекался… Ему-то что здесь надо?

Неужели решил на старости лет кунг-фу освоить?!»

Мои размышления прервал голос Сэнсэя, который рядом поправлял технику удара паре крепких молодых ребят.

– Ну кто так бьет?

Ну что вы делаете, Валентин Леонидович!

Вы же будущий доктор.

Ты же должен понимать, зачем ты бьешь, куда ты бьешь, и что при этом происходит.

Твоя задача – вызвать болевой шок, а не впустую махать руками.

Удар должен приходиться в конкретное место прохождения нерва или нервного сплетения.

Он должен быть моментальный, мгновенный.

Чем быстрей, тем лучше.

Для чего?

Для того, чтобы вызвать спазм в мышечной ткани.

Посланный нервный  импульс, в свою очередь, по рефлекторным каналам нервной системы вызовет мощное раздражение нервного узла, что неминуемо приведет к торможению определенной зоны коры головного мозга.

То есть человек впадет в своеобразный ступор из-за болевого шока…

Во время разговора вокруг стала собираться толпа любопытных.

Сэнсэй продолжал объяснять:

— Но удар должен проходить с учетом того, что у каждого человека есть свои анатомические особен­ности.

Поэтому не у каждого обычный удар в данную точку может вызвать эти определенные явления.

Для, как говорится, стопроцентной гарантии нужно бить не прямой «цки», а с поворотом кисти в момент соприкосновения, чтобы удар ушел вглубь.

Тогда образуется обширная зона «поражения»…

…Этот удар идет в точку между диафрагмой и солнечным сплетением.

Почему именно туда?

Потому что там проходит один из  двенадцати пар черепных нервов, так называемый   nerva Vagus, то есть блуждающий нерв.

В этом месте он не только проходит, но и образует нервное сплетение, которое вблизи пищеводного отверстия диафрагмы формирует два блуждающие ствола.

А что такое блуждающий нерв?

Это, в первую очередь, иннервация  дыхательных органов, пищеварительной системы, щитовидной и паращитовидных желез, надпочечников, почек.

Он также  участвует в иннервации сердца и сосудов.

Следовательно, при  правильном нанесении удара в данное место идет мощное раздражение нервной системы, которое временно нарушает функцию мозжечка головного мозга.

А  мозжечок, как ты знаешь, — это координация всех двигательных функций.

Человек мгновенно дезориентируется.

То есть это значит, что у тебя есть время для того, чтобы принять какое-то определенное решение.

К примеру, нанести еще удар или убежать.

Последнее слово вызвало массу самодовольных ухмылок на лицах окружающих людей, в том числе и у меня.

«Как же, убежать, сейчас!

— подумала я размечтавшись: — Да если бы я обла­дала таким могущественным ударом, да я бы, да я бы … ну, не струсила уж точно!»

В это время Учитель посмотрел на улыба­ющу­юся толпу и серьезно сказал:

— А почему бы и не убежать, если это самый лучший выход… в данной ситуации.

В некоторых случаях гораздо лучше получить десять раз по собственной физиономии, чем кого-то убить… ли­шить жизни.

Эти слова заставили меня вздрогнуть и покрас­неть от стыда собственных эгоистичных мыслей и мании величия.

Они с горечью возвратили к жесткой реальности моего существования.

— Ведь человеческая жизнь бесценна, — продолжал Сэнсэй.

— Ваша задача вызвать только мышечный спазм, болевой шок для того, чтобы пре­дот­вратить раз­витие нежелательной ситуации.

Но ни в коем случае не повредить внутренние органы, не сломать ребра или еще что-то, то есть  не вызвать тяжелых послед­ствий для человека.

Для этого мы так много времени здесь и тратим, чтобы выучить правильную технику уда­ра.

В противном случае, если нанести мощный неконт­ролируемый удар, то можно причинить огром­ный вред организму и даже смерть.

А смысл?!

…Надо ценить человеческую жизнь, потому что на его месте можешь оказаться ты… А может быть этот человек когда-нибудь спа­сет твою жизнь.

Ведь не исключено, что с тобой может случиться беда и именно этот че­ло­век ока­жется рядом, чтобы протянуть тебе руку по­мощи и спасти тебя.

Ведь жизнь непредсказуема и в ней всякое может произойти, даже самое неве­ро­ятное, то, что и представить себе не можешь.

Все последующее время тренировки моя особа нахо­дилась под впечатлением этой своеобразной ненавязчивой лекции по углубленной анатомии и необычной для меня философии.

Она полностью зах­ватила мои мысли, и я вновь и вновь обду­мывала услышанное.

Три хлопка старшего сэмпая  возвестили об окон­чании занятий.

Когда все по традиции построились, он объявил:

— До-дзю, рей (что означает поклон боевому духу спортзала).

— Сэнсэю, рей.

Учитель также вежливо поклонился в ответ  и ска­зал:

— Встретимся как обычно в то же время.

А теперь ко­му надо, тот переодевается, а кому надо, тот  оста­ется.

«Вот тебе раз!

А кому куда надо?

Кто остается?

И я хочу», — подумала я.

Но основная толпа гуськом побежала к раздевалкам, увлекая меня за собой.

Пробегая мимо Сэнсэя, я увидела, как к нему подошел тот полненький мужчина в очках, которого заприметила еще во время тренировки.

— Игорь Михайлович, — с уважением сказал он Учи­телю.

— Я по поводу нашего с вами преды­ду­щего разговора.

Вот тут принес кое-что, чтобы вы…

Дальнейшие слова я уже не расслышала в шуме смеха и шуток бежавших рядом со мной ребят.

В женской раздевалке уже вовсю бушевал шквал эмо­ций по обсуждению наиболее ярких моментов заня­тия и реплик Сэнсэя.

Все это происходило в процессе  усиленного натягивания на  мокрое тело мно­гослой­ной женской одежды.  

Рядом со мной одевалась   девчонка со  светлыми кудряшками.

Познакомившись с ней, я спросила:

— А ты долго здесь занимаешься?

— Да нет.

Всего три месяца.

— И  что, часто Сэнсэй такое показывает и рас­ска­зывает?

— Ну, когда это, наверное, необходимо… А когда у него хорошее настроение, то и не такое можно узреть… Сегодня были так, цветочки.

«Ничего себе цветочки, — подумала я.

— Что же тогда представляют собой ягодки?!»

— А каким стилем он владеет, «Тигр»?

— Не только.

Я слышала от старших ребят, кото­рые давно тут занимаются, что Сэнсэй в совершенстве знает стили «Дракон», «Змея», «Винь-чунь», «Кошка», «Богомол», «Обезьяна», и еще целый перечень других стилей, которые я просто не запомнила.

Я недоверчиво покосилась на собеседницу:

— Да когда же он успел это все выучить?

Ведь на вид молодой мужчина.

А люди иногда всю жизнь тратят, чтобы познать всего один стиль.

— Я сама также вначале удивилась, — продолжала она.

— Но ребята говорят, что, со слов Учителя, «молодое тело — это вовсе не показатель возраста  души», — пожав плечами, ответила моя новая знакомая.

— Да кто же он такой?! — занервничала я, и старые мысли вместе с новой информацией вновь стали терзать мое неудовлетворенное любопытство.

— Обыкновенный человек, — прозвучал ответ.

Переодевшись, наша компания столпилась у входа, с восхищением созерцая необычную технику нескольких ребят спортивного телосложения, которые работали в спортзале вместе с другими оставшимися.

Такой неподдельной, естественной красоты подсечек, переворотов, изворотливых плавных уходов мы не видели даже в фильмах.

Но больше всего поражала их скорость движения.

«Неужели при такой скорости можно еще и так хорошо ориентироваться в пространстве, — по­думала я.

— Здорово! А где же среди них Сэнсэй?»

А Сэнсэй, оказывается, мирно сидел в сторонке, перебирая ворох каких-то бумаг и книжек с заклад-ками, которые ему подкладывал «Вареник».

Рядом сидели еще двое мужчин, внимательно слушая пояснения Учителя.

Потом «Вареник» развернул пожелтевшую от времени кар­ту, и все четверо склонились над ней, как над бес­цен­­ным сокровищем.

Сэнсэй стал что-то там отме­чать ка­ранда­шом, постоянно комментируя это и объяс­няя.

Мне страсть как захотелось сунуть туда и свой любо­пытный нос, но в это время нас легонько под­толкнули сзади высокие парни, которые пытались выйти на улицу.

— Эй, ребята! Чего вы тут стоите?

Вы что, не знаете закон зала: «Тут или занимаются, или за дверь».

Хотите, возвращайтесь, а если выходите, так выходите, не мешайте другим.

Мы дружно вывалились толпой на улицу.

«Ага! — с завистью подумала моя особа.

— Те так остались, а нам что ли нельзя».

Но вслух, естественно, ничего не произнесла.


оглавлениеоглавление читать дальшечитать дальше


Заказать книгу почтой

Поделись ссылкой на эту страничку с друзьями:


Россия: Мы и Мир
Аз Бога Ведаю
Сокровища Валькирии
I. Стоящий у солнца
Сокровища Валькирии
II. Страга Севера
Сокровища Валькирии
III. Земля Сияющей Власти
Сокровища Валькирии
IV. Звездные Раны
Сокровища Валькирии
V. Хранитель Силы
Сокровища Валькирии
VI. Правда и вымысел
Анти-Карнеги
Сэнсэй. Исконный Шамбалы.
Жизнь и гибель трёх последних цивилизаций
Белый Конь Апокалипсиса
Застывший взгляд
Правда и ложь о разрешенных наркотиках
Оружие геноцида
Всё о вегетарианстве