Культура

Принимая на вооружение заимствованное из другого языка слово, следует обращаться с, ним как с обоюдоострым холодным оружи­ем, то есть осторожно, с опаской.

А лучше все­го отыскать синонимы в своем языке, благо что они в русской речи непременно найдут­ся, и оперировать ими, ибо тогда откроется смысл предмета или явления.

Иноземное сло­во хоть и достаточно легко вплетается в языковую ткань, однако в итоге не приживляется, не врастает в плоть по той причине, что всегда бу­дет выбиваться из магического ряда, ибо несет в себе неравнозначную энергию.

Например, не­которые оголтелые поклонники русского языка (а таковые есть, ибо в обществе назревает протест против языковой метастазы) пытаются растолковать слово «культура» как культ Ра, то есть культ солнца, что по крайней мере вы­глядит глупо.

И пусть тут не обижаются оголтелые: по древнему русскому обычаю до пояса оголяли тело те, кто в сражении шел на смерть.

Слово «культура» в русском языке и в са­мом деле произошло от латинского «култус» (дух, объект поклонения) и русского обобща­ющего и в какой-то степени освещающего •ура»* по тому же принципу, как были обоб­щены и освещены многие иностранные сло­ва — адвокатура, профессура и т.д.

Под тер­мином «русская культура» следует понимать не только сочетание православных христиан­ских воззрений на мир, исконного обрядового комплекса, этнических особенностей во всех областях искусства; это прежде всего са­мостоятельная, независимо существующая ци­вилизация, сложившаяся на принципах духотворения.

Точный синоним слова «культура» в рус­ском языке — одухотворение.

Чувствуете, как безликoe слово наполнилось глубоким смыс­лом, красками и чарующим действием?

«Министерство культуры» — звучит очень знакомо и понятно современному сознанию возникают некоторые ассоциации, хотя ведь все равно будто песок на зубах или битое стекло под ногами.

А «Приказ одухотворения» (дословный перевод) — вовсе нелепость, если не сказать больше, и это пото­му, что культурой управлять можно, одухотворением — нет.

Должно быть, вы заметили, что в период  реформ и революций (с петровских дней и до нынешних) в русском языке под видом того, что в нем якобы нет аналогов, сразу же появ­ляются десятки чужеземных слов, призванных скрыть истинный смысл происходящего.

И тут не надо быть провидцем, чтобы разглядеть, как пытаются ввести в заблуждение об­щество, предлагая консенсус вместо согласия, ваучер вместо доли, культуру вместо одухотворения и так далее.

Духотворность — это способ познания мира.

И он заключает в себе два взаимосвязанных направления — Мировоззрение (веру) и Ис­кусство (от искуса — искушение), то есть догмат и стихию творчества.

И здесь трудно ска­зать, что первично, ибо познать Бога можно через искусство и наоборот.

Например, рукотворная икона, выполненная простым смертным из дерева и красок, может обрести чудотворность, если она живописна, то есть напол­нена жизнью, духом.

Точно так же вселить дух можно в картину, литературное произведе­ние, музыку, ювелирное изделие и даже в ар­хитектурное сооружение.

В общем, потрясти воображение и вызвать чувственную мысль может все, к чему прикасается одухотворен­ная человеческая рука.

Поэтому и сказано, что созданы мы по образу и подобию Божьему.

Вечное стремление не к удобству и роско­ши, а к одухотворенности всего круга жизни и есть понимание русскости культуры.

Иными словами, национальность определяется по способу познания мира.

Не зря говорят, русский глазам не верит, ему все нужно пощупать руками, то есть прикоснуться, насытить духом, а если точнее ладом.

Отсюда возникло слово «ладонь» — да­ющая лад, а от ладони, например, меч-кладец, сталь, наполненная боевым воинским духом, вложенным (кладь, клад) в нее руками кузнеца и владельца.

«Владеть» — это вовсе не вла­ствовать, как сейчас понимается, а буквально делать лад, в ладедеять, потому и «владыка» — не бесконечный властитель чего-то, но человек, способный творить лад, приводить в порядок, одухотворять.

Об этом помнили еще совсем недавно, когда греческое «епископ» перевели на русский и получился Владыка.

Еще один красочный пример — ладья, лад-дья, где «дья» — бешенство, буйство (дьявол — буйный бык, вол).

То есть ладья — усмиряющая, ладящая, приводящая в лад стихию бурного потока, моря, либо стихию По­следнего Пути при переходе в мир иной, откуда и обычай хоронить (предавать огню) в ладьях.

Русский способ познания мира — при­ведение его в лад, достижение гармонии че­рез приложение творчества.

Из дикой, пер­возданной Тверди следует сотворить плодо­родный Ар.

Отсюда появляется вечная жаж­да осмыслить этот мир и как следствие — желание изменить его: кому-то помочь (аме­риканским индейцам, когда их истребляли испанцы, испанцам, когда пришел фашизм, колониям избавиться от колониальной за­висимости и т.д.), кого-то спасти (грузин, армян, болгар, малороссов от туретчины) — в общем, жизнь положить «за други своя», облагодетельствовать.

(Совершенно другой вопрос, нужно ли это миру?) В этом прояв­ляется характерное отличие русского этно­са — отсутствие национального эгоизма (нам всегда совестно перед всем миром).

И это же обстоятельство является специфический признаком самостоятельной, открытой цивилизации, не похожей ни на Западную, технич­ную и потребительскую, ни на Восточную, со­зерцательную и самодовлеющую.

Дабы избег­нуть неясностей с иноземным словом «циви­лизация», возьмем его синоним — мир

Россия — это самосущий Духотворный Мир, существующий между двумя другими         мирами — Западным и Восточным, как тре­тья составляющая Триединства Мира.

Пример с обыкновенным школьным магнитом, раскрашенным всего в два полюсных циста, синий и красный. Однако у него существует, третья, самая таинственная часть с со­вершенно иными свойствами — немагнитная середина, из которой и вырастают магнитные полюса.

Эта середина, а точнее, ось двух про­тивоположных полюсов — положение России в Триединстве цивилизаций.

Если же еще точнее, то всякие точки на плоскости вращающихся полюсов будут описывать определен­ные круги — чем ближе к центру, тем меньше и наоборот при этом создастся магнитное поле с изменчивым напряжением.

В немаг­нитной оси вращения есть единственная точ­ка, находящаяся одновременно в движении и покое.

Такое состояние и есть не похожий ни на что Духотворный Мир, странная и непо­нятная Россия, загадочная русская душа...

Авторы идеи мировой революции отлич­но знали, в какую почву бросить свои зерна.

Созерцательный Восток их бы не принял, ибо воспринимает мир таким, каков он есть, как впрочем, и умозрительный Запад, выверяю­щий алгеброй гармонию.

Открытость не есть незащищенность или хуже того, беззащитность; напротив, это — качество и особая форма защиты Духотворного Мира (иной и быть не может), которая часто вводила и вводит в заблуждение соседние культуры и «блуждающие кометы», со­ставляющие буфер между мирами как на Во­стоке, так и на Западе.

Одна только Польша, «блуждающая комета», до сей поры не приставшая ни к какому берегу, страдающая комплексом неполноценности и вечно смущен­ная доступностью русского престола, много раз ходила искать его и даже спровоцировала два мощных бунта внутри России (Болотников, Пугачев), заметно повлиявших на ход истории.

Да и нынче нас не жалует, хотя от былого шляхетского гонора и жажды величия почти ничего не осталось.

Впрочем, как и на­дежд на российский трон.

Неистребимая русская привычка не запи­рать двери на замок — в лучшем случае под­переть ее батогом, чтоб не открыло ветром, порождает вечный соблазн даже у братских, но несведущих народов, обитающих в зонах разлома культур, войти и что-нибудь взять, а то и вообще сесть в красном углу и распоряжаться.

Иногда оба противоположных мира наваливались скопом, например, нашествие крестоносцев во времена монгольского ига, (Иногда поочередно, однако с ритмичностью в 10—30 лет.

Запад и Восток стремились ра­зодрать Россию напополам, чтобы закрутить оторванную часть в свою орбиту, того не по­дозревая, что тем самым пытаются разрушить неразрушаемое Триединство.

Попробуйте раз-0мить тот же магнит хоть на две, хоть на несколько частей: у каждой непременно появят­ся два противоположных полюса и немагнит­ная середина...

оглавление читать дальше