До 1991-го года воздушным эскадрильям НАТО нужно было добираться до Москвы 1 700 километров, встретить их всегда были готовы 4 500 советских самолётов и более 2 500 зенитно-ракетных комплексов, да ещё 600 самолётов стран Варшавского договора.

Тогда и США, и НАТО понимали, что прорваться к Москве невозможно.

Но всё это — вчера.

Сегодня натовская дорога до Москвы значительно короче — 600 километров, и, дай Бог, если им навстречу поднимутся две сотни боевых машин.

Зенитно-ракетных частей можно вовсе не опасаться, они остались лишь на ближних подступах к столице, куда самолёты НАТО и подлетать не станут, запустив сотни крылатых ракет с рубежа Вязьма-Ржев.

Впрочем, если авиация НАТО устроит налёт на предельно малых высотах, вполне вероятно, до самой Москвы их не встретит ни один самолёт, ни одна зенитная ракета, — нет больше того всевидящего, недремлющего радиолокационного ока страны, которое, до начала 90-х годов, зорко контролировало все высоты.

Сегодня противовоздушные системы — как трухлявые рыбацкие сети с зияющими дырами, в которые не то, что Руст проскочит, целая дивизия Рустов пролетит незамеченной.

Получив, при помощи России, военно-воздушные базы в Узбекистане и Киргизии, авиация НАТО может наносить теперь авиационные удары аж по Новосибирску, Самаре, Екатеринбургу, по всему Сибирско-Уральскому стратегическому промышленному узлу России.

Председатель Комитета Государственной Думы по обороне генерал армии Андрей Николаев так оценивает продвижение НАТО к границам России:

"Военная группировка НАТО продвинулась на Восток на 650-750 километров.

Состав объединённых ВВС НАТО увеличился по тактической авиации на 17-20%.

Северо-атлантический альянс получил в своё распоряжение 290 первоклассных аэродромов.

На них можно в кратчайшие сроки сосредоточить 3 500 боевых самолётов.

Использование этих аэродромов позволит НАТО наносить ракетно-бомбовые удары вплоть до Волги и Урала, уничтожать позиции стратегических ядерных ракет России".

В случае неядерного конфликта между Россией и странами НАТО, крылатым ракетам "Томагавк", запущенным с территории или воздушного пространства Латвии или Эстонии, понадобится максимум 40-50 минут, чтобы поразить объекты, входящие в систему Центрального командного пункта Генштаба и видов Вооружённых Сил.

Стратегическое звено управления Вооружёнными Силами, если и не будет ликвидировано, то уж наверняка парализовано.

Впрочем, при нынешних темпах уничтожения армии, и без ядерно-неядерных конфликтов управлять скоро будет нечем.

Главнокомандующий Вооружёнными Силами России Президент Путин активно добивает то, что до него рушил Ельцин.

В 1996-м году, в письме, адресованном Председателю Совета Федерации Е.

Строеву, в набат били адмиралы флота Н.

Сергеев, Герой Советского Союза Г.

Егоров, И.

Капитанец, Н.

Амелько, В.

Михайлин, Р.

Ховрин, В.

Сидоров, В.

Панин, Герой Советского Союза В.

Коробов, Герой Советского Союза Р.

Голосов, Герой Социалистического Труда П.

Котов, генерал-полковник авиации Герой Советского Союза Г.

Кузнецов:

"Так называемое, реформирование флота привело к резкому сокращению боевого состава флота, из-за чего, геостратегическое положение России крайне ухудшилось, её обороноспособности и безопасности нанесён серьёзный ущерб".

Адмиралы привели такие цифры: наполовину сократился корабельный состав флота, более чем на 60% — морская авиация.

Общая численность личного состава урезана вдвое: с 452,7 тысяч до 220.

Экипажи кораблей укомплектованы личным составом максимум на 65-70%.

Не заложено ни одного нового корабля, 149 атомных подводных лодок выведены из боевого состава, на смену им — ни одной.

300 боевых кораблей, 80 боевых катеров и 89% судов обеспечения срочно требуют заводского ремонта, денег выделяется максимум 10% от необходимого.

Новых кораблей Военно-Морской флот не получает.

Чётко и жёстко адмиралы расставили акценты:

"Возрастание роли Военно-Морского флота обусловливается неуклонным ростом значения строевых, продовольственных, промысловых и других ресурсов океана в жизни государства.

В связи с этим, открыто усилились стремления развитых стран мира закрепить за собой влияние в перспективных с этой точки зрения морских и океанских регионах.

Столкновения интересов в этих сферах будут определяться реальной морской силой конфликтующих сторон.

Однако, в военной доктрине Российской Федерации вопрос о сохранении морской мощи государства, как элемента национальной безопасности, вообще не рассматривается.

Речь идёт только о сокращении военно-морских сил и ограничении военно-морской деятельности.

Снижение боевых возможностей ВМФ России неизбежно приведёт к серьёзным военно-политическим последствиям и утрате нашей страной статуса великой державы" ("Независимая газета", 01.03.96).